Операция окончена.
Его отряд справился. Они были в безопасности.
Только теперь, прикрыв глаза и откинувшись на колонну, он позволил себе немного расслабиться. Иван распластался на холодном полу, чувствуя, как силы медленно покидают его тело. В боку, где засел осколок гранаты, разливалась тупая, жгучая боль, словно огонь, постепенно поглощающий всё вокруг. Кровь текла нескончаемым ручьём, пропитывая одежду и собираясь в тёмное пятно на кафеле под ним.
Хватаясь за последние проблески сознания, мужчина пытался оставаться в трезвом уме. Каждый вдох давался с трудом. Глаза затуманивались, веки становились непосильно тяжёлыми. Звуки вокруг глухо отдавались, словно он находился под водой. Приглушённые шаги, глухие голоса, а потом, наконец, послышался резкий, чёткий приказ:
— Командир здесь! Кровотечение сильное, срочно эвакуация!
Едва различимые голоса стали громче. Сильные руки нескольких человек подняли его массивное тело, укладывая на носилки. Иван ощущал движение. Его быстро несли через коридоры. Мир вокруг превратился в размытое пятно, когда он, словно на американских горках, мчался по извилистым коридорам. Перед глазами мелькали редкие огни и потолки торгового центра.
Через мгновение — резкая смена температуры. Он оказался снаружи, где-то рядом уже гудел двигатель скорой помощи.
Мужчину моментально окружили медики, суетясь и перекликаясь на повышенных тонах. Реальность словно ускользала от него. Мгновенная вспышка в глазах ослепила Ивана. По его небритым щекам раздалось несколько шлепков.
Но в душе воцарилось лишь спокойствие и умиротворение от выполненного долга. Сквозь пелену сознания проскальзывали обрывки речи:
— Потеря крови критическая. Мы его теряем…
Кто-то вколол в его руку бесцветный раствор. Другой прижимал рану, пытаясь остановить кровотечение. Ивану казалось, что всё это происходит уже не с ним. Свет в кабине скорой был слишком ярким, слепящим, всё вокруг превращалось в белый туман. Сердце, которое ещё секунду назад стучало в ушах, вдруг начало биться медленнее и тише.
Тук… тук…
Паника вокруг него усиливалась. Слышались возгласы, резкие команды. Звуки отдавались пустым эхом в его голове. Сил держать веки открытыми больше не было. Со свинцовой тяжестью они медленно смыкались. Сопротивляться было бесполезно. Едва различимые голоса медиков затихали где-то вдалеке. Сознание покидало его, погружаясь в неведомую пустоту.
Тук.
Последний удар сердца отдался глухим, слабым звуком, словно далёкий звон.
Вдруг его ослепил белый свет, чистый и всепоглощающий. Боль исчезла, суета вокруг затихла. Всё, что осталось, — это тишина и слепящее тепло, захватывающее сознание и уносящее его туда, где не было больше ни боли, ни страха.
— Ты справился достойно, но твоё время здесь истекло. Впереди тебя ждёт новое задание, — загадочный голос эхом отозвался в его сознании, которое погрузилось в безмятежность.
Глава 2 Веледар
Ветки хлестали по лицу, цепляясь за одежду, но страх гнал его вперёд. Худощавый парень бежал, срываясь в панике. Дикие крики монстра становились всё громче, всё ближе. Последние надежды угасали в нём. Среди скрюченных деревьев, заросших свисающими растениями, словно гирляндами, не было ни души. Грязь под ногами делала бег ещё тяжелее, а силы покидали его немощное тело с каждым шагом.
Ноги предательски скользили по мокрым корням и густому мху. Тяжёлое дыхание вырывалось из груди — бежать дальше не было сил. Веледар на мгновение остановился, чтобы перевести дух. Он огляделся. Вокруг простирался густой тёмный лес, мшистый и сырой, наполненный тягучими лужами. Сердце бешено колотилось, а на краю сознания мелькали обрывки воспоминаний. «Всё должно было быть иначе. Всё должно было быть по-другому, но стало только хуже».
Позади раздался вопль — глубокий, жуткий, сливающийся с шорохом листвы. Порыв ветра донёс зловонный смрад преследователя. Невыносимый запах становился сильнее. Чудовище приближалось. Крик птиц, спугнутых тварью, пронзил воздух. Они взметнулись ввысь, оставляя жертву наедине с ужасом.
«Провидица должна быть где-то здесь! Она меня спасёт», — вспомнил парень её мягкий голос.