Иван крепко сжал талисман, ощущая, как его тёплая пульсация проникает в ладонь, словно оживая в ответ на его желание. Он закрыл глаза, сосредоточившись, и в голове чётко возник образ ключа. Каждая деталь всплывала в его памяти — форма зубчиков, изгиб стержня, даже мелкие царапины на металле.
— Велес, прошу, яви в мир, — прошептал он, вложив в слова всю свою решимость.
Иван сосредоточился на образе дерева — твёрдого, как древний дуб, пропитанного мощью природы. Он представил, как из этой древесины формируется ключ, как её плоть подчиняется его воле, превращаясь в точную копию того, что он видел.
Тишину камеры нарушил слабый треск. Иван открыл глаза и увидел, как яркое свечение озарило тёмные стены. В его руке, будто прорастая из зерна, начал формироваться ключ. Ветви сплетались, превращаясь в гладкий стержень, на котором проступали все изгибы и зубцы, а на головке появился причудливый узор.
Когда свет погас, в его ладони лежал ключ — точь-в-точь как тот, что он видел у стражника, только сделанный из благородного дерева. Иван внимательно осмотрел его.
— Это сработало… — выдохнул он, ощущая прилив надежды. Впервые за долгое время у него появился реальный шанс.
Он провёл пальцем по поверхности ключа, убеждаясь в его прочности. Каждая линия, каждая деталь была вырезана с идеальной точностью.
— Спасибо, Велес, — тихо проговорил Иван, поднимая взгляд к потолку, словно хотел выразить благодарность за этот дар.
Сжав ключ в руке, он подошёл к двери. Ещё не время действовать, но внутри него горела уверенность: теперь он не просто узник в этой тёмной крепости. Теперь у него был план.
Иван сел на холодный каменный пол, стараясь привести мысли в порядок. Его взгляд задержался на талисмане, а в голове всплыло одно из наставлений, которое он давал Всеволоду перед началом операции: «Если какой-то этап идёт не по плану, по возможности переходи к следующему». Тогда эти слова казались простыми, но теперь они обретали новый смысл. Парень хмыкнул.
Он вспомнил, как Всеволод слушал его, внимательно кивая, с той уверенностью, которая временами раздражала Ивана. В отличие от него настоящего, Всеволод был моложе и куда менее опытен в искусстве стратегического мышления. Однако в тот момент Ивану ничего не оставалось, кроме как довериться.
— Значит, будем действовать, — пробормотал он себе под нос.
Юноша закрыл глаза, мысленно перебирая карту крепости, которую изучал перед заданием. «Главный вход… внутренние дворы… дозорные башни… дренажная система». Все детали всплывали с чёткостью, будто карта была у него перед глазами. Он попытался соотнести своё текущее положение с планом.
«Если я правильно запомнил, камера находится в нижнем ярусе, ближе к северной стене», — рассуждал он, представляя коридоры и повороты.
Парень вспомнил дверь с запахом сырости, ведущую в дренажные тоннели. Она была недалеко от места, где его провели. Это мог быть его путь к свободе, если он сумеет добраться туда.
Он открыл глаза, ощущая прилив решимости.
— Ладно, — пробормотал он. — Теперь нужно только дождаться удобного момента и отдохнуть.
Сейчас ему оставалось лишь ждать и быть готовым к действию, когда представится шанс. Но Иван знал: это было только начало.
Последние лучи солнца исчезли, уступив место густой ночной тьме. Луна только начала подниматься, заливая крепость бледным светом. Снаружи было тихо, даже слишком. Лишь шелест ветра и далёкий лай собак нарушали это напряжённое спокойствие.
Иван сидел на полу своей камеры, прислушиваясь к окружающим звукам, когда вдруг тишину разорвал мощный взрыв. Грохот, словно гром, прокатился по всей крепости, эхом отдаваясь в каменных стенах. Пол под ногами задрожал, а в воздухе ощущалась лёгкая вибрация.
— Началось, — прошептал Иван с холодной решимостью, поднимаясь на ноги.
Гулкий звук тревожного колокола разнёсся по округе, последовав за взрывом. Иван знал этот сигнал — оповещение об опасности. Значит, Всеволод выполнил свою часть плана.
Перед глазами всплыл момент их совместной работы: порох, аккуратно спрятанный внутри полых семян сухого дерева. Иван методично работал над каждым элементом, словно мастер-ювелир, подгоняя детали с точностью до миллиметра. Всеволод тогда не мог скрыть удивления, наблюдая за тем, как легко и уверенно парень справляется с задачей.