— Предвещают несчастье, — улыбнулась девушка, поняв, что это был пароль.
— Есть информация. Отойдём, надо поговорить.
Ясна осмотрела мужчину. Она знала этого человека — одного из участников сопротивления. Не привлекая внимания, девушка оглянулась, проверяя, не смотрит ли на них кто-то из стражников. Уверившись в безопасности, она направилась за ним в узкий переулок.
Мужчина держался близко, но не настолько, чтобы вызывать подозрения. В узком проходе между домами они остановились. Голос его стал совсем тихим, едва различимым:
— Ясна, предводитель свободен. Завтра собрание. За городом, в заброшенном амбаре. Помнишь его? Мы уже встречались там раньше.
Девушка прищурила глаза, словно пытаясь прочитать мысли мужчины. Его лицо казалось серьёзным, а голос — уверенным. Однако в словах звучала поспешность.
— Кто ещё знает об этом? — спросила она, наклонив голову.
— Только свои. Наши товарищи и даже спонсоры. В этот раз они будут там. Пришло время действовать. Всё готово. Откладывать нельзя.
Мужчина говорил с жаром, его уверенность казалась непоколебимой. Ясна задумалась на мгновение, делая вид, что обдумывает услышанное, хотя в голове уже складывала планы.
— Хорошо, я приду, — ответила она, чуть улыбнувшись.
Мужчина одобрительно кивнул, его плечи расслабились. Они попрощались коротким взглядом, и он быстро исчез в толпе.
Девушка прижала корзину к груди, снова направляясь к прилавкам. В её голове бурлили мысли. «Возможность... Возможно, моя единственная».
Она остановилась у продавца овощей, притворно взвешивая, стоит ли взять пару морковок. Её движения оставались привычными и спокойными, но внутри её охватила решимость.
Когда корзина наполнилась продуктами, Ясна быстрым шагом направилась домой, тщательно скрывая бурю эмоций, бушевавшую внутри.
Тени сгущались. Солнце уже склонялось к горизонту, окрашивая крыши Сырдаря в тёплые золотисто-оранжевые тона. Всеволод и Иван притаились на крыше соседнего дома, наблюдая за жилищем Ясны. Всеволод нервно теребил край рукава, время тянулось мучительно медленно.
— Будем ждать, — прошептал Иван.
Его взгляд не отрывался от двери. Девушка не появлялась. Казалось, что мгновение тянулось мучительно долго. Казалось, что ожидание никогда не закончится.
— Может, она никуда и не пойдёт? — пробормотал Всеволод, но замер, заметив движение.
Дверь, наконец, приоткрылась, на пороге показалась Ясна. В руках у неё была небольшая сумка. Она огляделась, словно проверяя, не следит ли кто за ней. Парни мгновенно скользнули в тень крыши, затаив дыхание.
Иван осторожно выглянул из-за угла карниза, наблюдая за девушкой. Она закрыла дверь, подтянула сумку на плечо и быстрым шагом двинулась вниз по улице, то и дело оглядываясь. Её движение было таким же уверенным, как и её взгляд.
— Ну, Ясна, — подумал Иван, сжимая кулаки. — Пожалуйста, пусть моё предположение окажется ложным.
— Идём, — тихо сказал Всеволод, касаясь плеча Ивана.
Они мягко спрыгнули на землю, скрываясь, чтобы случайно не попасться девушке.
Двигаясь через извилистые улочки, они старались держаться в тени. Ясна шла быстро. Парням приходилось ускоряться, но каждый раз, как она останавливалась или оборачивалась, они замирали, укрываясь за углами домов или бочками с водой.
Вечерний воздух становился прохладнее. Звуки города начали затихать. Люди расходились по домам. Улицы постепенно пустели. Ясна свернула в ещё одну улочку, и Иван чуть наклонил голову, чтобы не потерять её из виду.
— Она с уверенностью держит путь куда-то, — шепнул Всеволод.
— Или с отчаянием, — тихо ответил Иван.
Они продолжили слежку, стараясь оставаться незамеченными. Внутри Ивана бурлили эмоции: сомнения, тревога, даже проблеск надежды. Он пытался не думать о худшем, но сердце стучало громче с каждым её шагом.
Глава 20 Горькая правда
Ясна неспешно шла по улице, словно её прогулка была самым обычным делом. Время от времени она оглядывалась, проверяя, не следует ли за ней кто-то, и дружелюбно кивала редким прохожим. Город постепенно затихал, лишь из окон домов пробивался тёплый свет, а где-то вдалеке слышались глухие шаги.