— Вы ебанулись? — забыл о всей своей ярости Джон, — Все на Пустошах знают, лезть на АМТ — верная смерть, и хорошо если быстрая! Вы совсем там тронулись!? Лучше сразу пристрелите, чем я попаду в руки шестерёнок!
— Мы ожидали подобной реакции, а потому, — развернув монитор, корпорат нажал несколько клавиш, после чего на экране начало воспроизводиться видео.
В полутёмном помещении лежало несколько десятков тел, дети, взрослые, старики. Было видно, что они сильно истощены и избиты. Сначала Джон не понял, к чему это всё, но потом, присмотревшись, заметил то, из-за чего чуть не сорвал программные блоки на имплантах одним яростным порывом. Небольшая татуировка с вишенкой на плече одной из избитых женщин. Присмотревшись ещё немного, он понял, что в камере лежат не просто случайные люди, а его друзья и товарищи, что решили осесть, а также их дети.
— Вы твари! — пуская пену изо рта, кричал Джон, — Бездушные, поганые твари!
Дежурная улыбка на лице корпората даже не дрогнула.
— За выполнение этого задания, мы предлагаем вам не только возможность вновь послужить своей стране, но и обеспечить свободу прочим дезертирам. Выбор за вами.
— Я согласен, — не разжимая крошащиеся от ярости зубы, ответил Джон.
— Знаешь, Джон, — тихо произнёс один из трёх сидящих в контейнере бойцов, — я вот подумал, а что будет, когда крысы узнают, что мы провалились? Наверняка ведь убьют их.
— Херня, Курт, — отозвался второй боец в новейшем стелс-костюме, — это же корпораты, они без выгоды ничего делать не будут.
— И что же они тогда, по-твоему, с ними сделают, Майк?
— Тоже что и с нами, только нормальной снаряги не дадут, — покачал головой в глухом шлеме боец.
— Заткнитесь, — без тени злости или негодования произнёс Джон, — мы вернёмся и будем думать, как сбежать, а пока сосредоточьтесь на задании.
— Херня — это всё, Джон, — опустил плечи Курт, — и ты это прекрасно понимаешь. Нахрена на тайную миссию посылать отряд штурмовиков, из не диверсантов? Не спорю, мы пару раз смогли скрытно пробраться на объекты Арасаки, но тогда у нас была поддержка, нормальные данные разведки, да, чёрт подери, план Б на случай обнаружения!
— Я сказал — заткнуться, — уже злее огрызнулся Джон, — или ты забыл, что случилось с Кенни?
— Такое забудешь, до сих пор перед глазами стоит его обезглавленное тело, — передёрнул плечами Курт.
— Вот именно, — скрипнув зубами ответил Джон, — так что мы обязаны вернуться, не только ради себя, но, и чтобы получить хоть какой-то шанс отомстить этим уёбкам.
— Ладно, хрен со всем этим, — прислонившись к стенке контейнера, покрепче сжал пистолет-пулемёт с глушителем Майк, — будем решать проблемы по мере их возникновения.
— Наконец-то правильные слова, а не сплошное нытьё, — оскалился под забралом Джон, и через несколько секунд почувствовал толчок, — всё, полное радиомолчание, приготовились к началу операции.
Вмиг став максимально серьёзными, трое бойцов начали в последний раз проверять имеющееся обмундирование: стелс-костюмы — в норме, разведывательные модули — в порядке, батареи питания — заряжены на 99 %, оружие — смазано, заряжено и пристреляно.
Открытие дверей контейнера сопровождалось протяжным скрипом, и за его пределами показалось две головы, одна была в простой заношенной кепке из неизвестной синтетики, а вторая была скрыта красным капюшоном с бронзовой окантовкой в форме шестерни.
— Вот, — провёл рукой доставивший груз кочевник, — всё как в накладной, триста восемьдесят урановых стрежней в защитной оболочке.
— Хм, — несколько раз тыкнув пальцем в электронный планшет, корпорат, что-то на нём прочитал, ещё раз посмотрел на груз и только после этого убрал электронный помощник, — тогда вот твоя плата, — достав из кожаного подсумка пачку денег, рядовой сотрудник корпорации АМТ передал её кочевнику, — здесь с бонусом за скорость.
— Всегда приятно иметь с вами дело, во все двадцать пять, улыбнулся кочевник, тут же убрав деньги куда-то во внутренний карман, — тогда я могу ехать?
— Да, — ответил послушник, — но, если задержишься до утра, на базе есть несколько грузов, что надо доставить.
— Нет, друг, спасибо за столь щедрое предложение, но я откажусь, уже два месяца семью не видел, так что лучше я напрямую к ним поеду, с детишками поиграю, жену поцелую, — без грамма фальши отыгрывал свою роль кочевник.