— Есть результаты? — спросил я у вошедшей в комнату отдыха, расположенную на одной из пустотных станций, Алиссии.
— Первые образцы тканей получены, сейчас идёт их детальный анализ, но перспективы впечатляют, — честно призналась она.
— Понимаю, новая область знания, до этого никогда не изучаемая. Проблемы с подопытной?
— Нет, немного более просторный вольер и обещание отпустить после изучения примирили её со сменой одного загона на другой. Параллельно идёт изучение её возможностей влиять на разнообразные организмы, дабы предотвратить возможность побега.
— Просто великолепно, скоро я закончу с настройкой сенсоров, попробуем повторить данные излучения на чисто технической основе, заодно создадим защиту, на случай попытки взять под контроль персонал базы.
— Было бы неплохо, работать исключительно удалённо не всегда удобно, да и скорость доставки образцов, даже с учётом портала, оставляет желать лучшего.
— Тут ничего поделать не получится, изучая столь опасное направление — не стоит пренебрегать мерами безопасности, но ты и сама это понимаешь, — добавил под конец я.
— Понимаю, но… — замялась она на секунду, обдумывая задавать вопрос или нет, — у меня есть несколько вопросов.
— Ты прекрасно знаешь, что если хочешь что-то спросить, достаточно просто задать вопрос. С тех времён, как вы обучались у меня на Энвире-4, ничего не изменилось.
— Тогда… Зачем весь этот спектакль? Мы уже сейчас можем уверенно противостоять Жнецам и победить. Если известно место их появления, то не проще ли будет встретить их прямо там? Постепенно перемалывать подступающие силы, а потом спокойно заняться ксеносами?
— Такой сценарий развития событий я просчитывал и даже размышлял над его реализацией, но… Так не получится очередного урока для человечества. Ты же наверняка читала отчёт Доминики об обнаруженных лабораториях по созданию изуверских интеллектов? С каждым годом предыдущий страх забывается, и люди вновь тянутся к ранее запретному, ведь они уверены, что в этот раз у них всё получится и последствий не будет.
— Разве эта единственная причина? Разве мелких восстаний, правильно освещённых в СМИ, недостаточно. Я понимаю причину подобного шага, но что будет после победы, через сколько забудут о Жнецах?
— Всё зависит от количества жертв, новый страх должен быть достаточно сильным, укорениться в самой культуре и чтобы даже мысль о подобном святотатстве вызывала отторжение. Но, есть и ещё кое-что, — выдержал я недолгую паузу, — скажи мне, как архимагос-биологис, способна ли ты вернуть к жизни человека, что умер в космосе от разгерметизации скафандра, потом упал на поверхность планеты, а после пролежал в криокапсуле несколько месяцев? Причём с сохранением памяти и боевых навыков?
— Невозможно, — тут же ответила Алиссия, ни на секунду не задумавшись, — столь обширные повреждения нельзя компенсировать. Если тело ещё удастся восстановить, то мозг будет повреждён безвозвратно, даже если получится найти детальную карту нейронов, успех не гарантирован.
— А вот по известным тебе пророчествам, данная операция будет проведена и успешно завершена, — с хитринкой в голосе ответил ей я.
— Возможно… это достойный повод продолжить этот спектакль, но я буду следить за ходом всей операции.
— Безусловно, по-другому и быть не могло.
Глава 34. Высокая Кода
Нормандия, зафиксированная стыковочными якорями, стояла в доках Цитадели. Корабль, что ещё совсем недавно сражался с угрозой галактического масштаба, теперь был скован, не в силах вырваться. Скована была и его команда, что ничего не могла поделать с таким монстром, как бюрократическая машина галактического сообщества.
— Мы теряем время, — сидя в кают-компании, заявил Шепард, уже не в первый раз.
— Но и поделать ничего не можем, — развёл руками Гаррус, плотно прижав мандибулы к челюсти, — по законам Цитадели мы действительно… немного перестарались.
— Подумаешь, — махнул рукой Джон, — ну подорвали грязную бомбу на райской планете, так не просто же так, а для дела. Или в Совете не поверили, что мы подвзорвали лабораторию по производству армии боевых рабов? Без обид, Рекс.
— Не поверили, — покачал головой Шепард, — а записи с личных камер посчитали недостоверными, запись имеет кучу помех и на ней почти ничего нельзя рассмотреть.