Немного ускорившись, я больше не играл с защитниками бункера, давая им иллюзорный шанс на спасение. Выставленные на моём пути посты охраны сметались потоками молний, автоматические системы защиты били обороняющимся в спины, их собственные импланты предавали их, стремясь убить. Самые живучие и удачливые умирали от откачки биоэлетричества, быстро угасая без малейших повреждений. Умирала и обслуга, мне не нужны были свидетели. У кого-то останавливалось сердце от попадания под ауру парии, кто-то кончал жизнь самоубийством от неспособности перенести весь тот ужас, что они испытывали, но за некоторыми приходилось побегать, благо, поиграть со смертными соглашались духи машин, что, чувствуя мою ярость, с радостью принимали участие в охоте. Немногочисленных выживших перерубали автоматические двери, системы вентиляции откачивали воздух из нор, в которые они забились, и это, не говоря обо всё ещё функционирующих системах автоматической защиты. Бункер, где решались судьбы мира и придавались самым изысканным удовольствиям его правители, превратился в склеп.
Та часть бункера, куда охрана согнала подзащитных, была передо мной, осталось войти и забрать трофеи. Как и ожидалось, толпа в цветастых одеждах, с выполненными из хрусталя или из дерева имплантами, лежала вповалку на бетонном полу. Для того, чтобы сбежать, им оставалось открыть одну единственную дверь, но вот незадача, она никак не открывалась.
— Грузите всех, потом разберёмся, — отдал я команду вышедшим из портала скитариям.
Созданные чтобы исполнять команды и умирать во славу Омниссии солдаты не задавали вопросов, не знали, что такое жалость и сомнение, начали быстро уносить наши с Доминикой охотничьи трофеи. Были среди них и весьма странно одетые дети, и девушки с юношами со следами насилия, с этими, пожалуй, стоит поработать отдельно.
Внезапный запрос от скитария 69823-НЕ вырвал меня от размышлений. Он не знал, что делать со своей ношей и просил моего совета, как ближайшего техножреца. Его «грузом» оказался маленький мальчик в короткой тоге, миловидное лицо, блестящие чистым золотом волосы, огромные голубые глаза. Простые люди говорят о таких — ангелочек.
— Дяденька, — начал он на немецком, — вы пришли спасти нас? — смотря на меня без грамма страха.
Понимая, что я так и не свернул ауру парии, его реакция была необычной. Просканировав его тельце, я убедился, что он не клон или искусственно выращенный организм, у него даже имплантов никаких не было.
— Нет, я пришёл наказать плохих людей, — ответил ему я, одновременно присаживаясь на корточки, — и даже не знал, что вы здесь.
— Значит, мама говорила правду! — улыбнувшись широкой и искренней улыбкой, мальчик бросился ко мне.
Успев дать скитариям приказ не стрелять, я с удивлением рассматривал этого мальчика. Он мог улыбаться рядом со мной при открытой ауре, что могло значить только одно: мне посчастливилось найти урождённого парию, совсем слабенького, но сам факт такой находки уже радовал.
— Мама говорила, что ангелы придут спасти нас, надо только верить! Вы же спасёте маму? Она была где-то здесь, совсем рядом! — фонтанировал энергией малыш.
— Конечно, спасём, — погладил его по голове я, растрепав волосы, одновременно стимулируя слабыми электрическими разрядами его мозг, это ему не повредит, он просто крепко заснёт на несколько часов, — разместить его отдельно от остальных, провести тест ДНК и найти его мать. Обращаться особо бережно, приоритет Омега-3.
Получив приказ, скитарий тут же начал его выполнять, подхватив мальчишку на руки и бережно, насколько это способен инструмент войны, понёс его к порталу. Надо будет потом им заняться.
— Ты уже закончил? — спросила появившаяся из вспышки телепортации Доминика.
— Да, бункер чист, а подарки Алиссии уже отправлены, — проверив, в порядке ли она, запустил я сканирование.
— Ой, да хватит на меня так смотреть, — шутливо «прикрылась» она, — со мной всё в порядке.
— Проверить всё же стоило, потерять тебя ещё раз…
— Не надо, я всё понимаю, — резко став серьёзней, Доминика посмотрела мне прямо в глаза, — и больше такого не допущу. Как и того, что произошло недавно, это моя вина.
— Наша общая вина, — поправил я её, — мы слишком расслабились, снова посчитав себя умней всех в галактике, за что и поплатились.