— Лично, — выключив плитку, Стелла бросила взгляд на спящую Сашу, — через сколько нам можно подъехать?
— Не имеет значения, но не позже чем через три дня, в этот срок истекает оплаченный вами срок аренды палаты. Ждём вас в любое время, спасибо, что выбрали АМТ. АМТ — это надёжность.
— Саша! — разбудила сестру Стелла, — Садись ужинать, всё готово.
— А кто тебе звонил? — умилительно потирая глаза кулаками, спросила девочка.
— Из больницы, сказали, что готовы озвучить цену, — сжав губы, ответил девушка.
Через два часа они вдвоём сидели в простом кабинете, ожидая прихода врача.
— Не буду тратить ваше время, — ворвался в кабинет кто-то, явно выше рангом, чем тот парень, с которым они общались ранее, если судить по мантии и тонким металлическим рукам, — ваш запрос заинтересовал некоторых личностей, и они готовы попробовать вам помочь.
— Здравствуйте, — прошептала Саша, не отрывая взгляда от глазного импланта вошедшего.
В отличие от многих других, сотрудники АМТ не прятали и не маскировали установленные импланты, наоборот, выставляя их напоказ. Это одновременно пугало и успокаивало. Пугало из-за того, что стык плоти и металла не всегда выглядел эстетически приятно, а успокаивало, из-за того, что ты всегда видел и мог оценить, чего стоит ожидать от этого любителя хрома.
— Да-да, и вам хорошего дня, — пронесясь как ураган, вошедший сел на жалобно скрипнувшее кресло, после чего уставился на девушек, — условия таковы: вы или находите где-то полмиллиона евродолларов, и через полгода ваша мать будет здорова, или…
— Мы уходим, — схватив сестру за руку, Стелла уже направилась на выход.
— Знаешь ли, девочка, — в голосе предположительно врача зазвучала сталь, — очень невежливо перебивать тех, кто как минимум старше тебя. Сядь.
Стелла, замерла на месте. Жизнь в Найт-Сити давно приучила её прислушиваться к инстинктам, и сейчас они вопили, что лучше подчиниться. Медленно сев обратно, она так и не выпустила руку сестры.
— Хорошо. Вторым вариантом является подписание контракта с АМТ. Сначала вы пройдёте обучение, освоите специальность, а потом десять лет будете работать на корпорацию. Это последнее предложение и то, исключительно благодаря информации, которую мы смогли получить о вас.
— К-к-какую информацию? — выдавила из себя Стелла, будто загипнотизированная смотря в зелёный окуляр глазного импланта.
— Уровень интеллекта и способность к обучению. Если ты, достаточно заурядна, то твоя сестра демонстрирует выдающиеся показатели.
— Я согласна! — выкрикнула Саша, — Если вы спасёте маму — я согласна!
— Саша, нет!
— Я уже решила! — вырвав руку из хватки сестры, Саша встала со стула и подошла к столу, — Я знаю, что у нас нет денег, что чтобы нас не выкинули на улицу, ты сутками пропадаешь на работе! Если это поможет, то лучше я проработаю десять лет, чем потеряю ещё и тебя!
— Саша я… мы справимся, не надо…
— Нет, я всё решила, — твёрдо заявила девочка.
— Прекрасно, — ворвался в семейную идиллию голос врача, — надеюсь, вы хорошо переносите тропический климат, так как операция будет проводиться в Южной Америке, а именно в Рио-де-Жанейро. Подпишите здесь и здесь и через час вы отправляетесь.
— Нет, я тебя не отпускаю, — заявила Стелла, отойдя от шока, — мы остаёмся здесь!
— И смотрим, как умирает мама? — топнула ножкой Саша.
— Ты не можешь, ты ещё ребёнок!
— Как и ты! Пусть ты и старше, но ты такая же, как я, пусть и выглядишь старше.
— Если ты уйдёшь, — решила привести последний аргумент Стелла, но не смогла закончить фразу.
— Я напишу тебе, как всё закончится, — посмотрев в глаза старшей сестре, Саша смахнула слёзы и вышла из кабинета.
— Прекрасно, — сцепив пальцы, произнёс врач, — но, если что, вы тоже можете отправиться с сестрой, уверен и для вас найдётся работа.
Правильно оценив гневный взгляд девушки, техножрец вышел из помещения, своё дело он сделал. Рекрут с хорошим потенциалом завербован. Осталось долететь до другого континента и через несколько лет, ещё одна душа узрит истину, он в этом уверен.
— Дэвид, — вернувшаяся со смены в неотложке, огненоволосая женщина была разбита, — ты дома?
— Да, мам, — сорвав с себя очки с брейндансом, отозвался парень лет пятнадцати, до этого лежащий на диване, — что-то случилось?