- Если тебе так будет проще, то я не против, - тоном полностью уверенного в своём решении человека, ответил мне он, - как раз успею подобрать парочку человек, которые смогут заменить меня.
Оставив Джимми в палате одного, я задумчиво побрёл в сторону незаконченной плазменной плавильни, размышляя о причинах такого решения бизнес партнёра. Для меня было странно, что он решил полностью отстраниться от созданной нами компании, ведь, с моей точки зрения, он ответственен за её благополучие не меньше чем я. Ведь именно он проводил все эти многочасовые переговоры, разбирался в этих хитро завёрнутых формулировках контрактов и занимался всем тем, что вызывало во мне искренне отвращение. С другой стороны, в чём-то он и прав, ведь, насколько я знаю, в очень небольшом проценте корпораций кто-то из их совладельцев лично ездит на встречи, исключением, пожалуй, были только крайне крупные сделки.
Следующие несколько недель я ещё несколько раз общался с Джимми и он, как это не прискорбно оставался при своём мнении, не желая оставаться у руля АМТ. Всё это вынудило меня ещё немного нагрузить Доминику, которая как раз закончила первую часть расследования в Лос-Анджелесе. Мне нужны были с одной стороны опытные и прозорливые управляющие, которые при этом не будут сливать информацию о компании налево за вознаграждение. Конечно, можно было просто всем им вставить по мягкому контролирующему чипу, но вот в чём беда, даже в самой лучшей своей модификации, он заметно снижал умственные способности носителя. Был гениальный юрист, станет просто хорошим, был хороший экономист, станет средним. Выходом из ситуации стал ставший уже привычным способ вербовки новых подчинённых, а именно поиск тех, кто, несмотря на все свои навыки оказался на обочине жизни из-за внутрикорпоративных интриг или просто неудачного стечения обстоятельств. Доминика получила ещё одну задачу, всё равно расследование временно зашло в тупик.
Причём тупик этот возник не сам собой, или образовался из-за некомпетентности детективов, а по вполне объективным причинам. Тот мутный тип, который надоумил отставного майора на организацию нападения был мёртв, причём уже достаточно давно, а всё что о нём удалось выяснить – это его имя, место и дату рождения. Ни где он жил, ни кем работал, ни с кем контактировал, абсолютная пустота, организованная кем-то очень умелым. Ниточки к складу оружия тоже были тщательно затёрты, простые работяги просто выполняли приказ, даже не зная о содержимом контейнеров, а те, кто эти приказы отдавал или были найдены мёртвыми, или пропали без вести, иногда вместе с семьями. Даже то место, где были напечатаны бланки договора передачи части акций сгорело дотла вместе с владельцем и всем персоналом. В общем, все возможные ниточки были оборваны и единственной зацепкой оставались камеры наблюдения, через которые можно было попытаться восстановить маршруты движение подозреваемых, но, чтобы хотя бы отсортировать все имеющиеся записи потребуется непозволительно много времени, которое, благо, у нас было.
Загрузив ученицу работой, сам я отправился совершать последние штрихи в сборке плазменной плавильни. Всё было и так в принципе готово, оставалось только откалибровать оборудования под особенности магнитного поля определённого участка планеты и можно было начинать.
Первый запуск комплекса сверхсложных устройств, принцип работы которых даже для большинства посвящённых техножрецов был схож с магией, проходил штатно. Многочисленные расчёты и калибровки не оставляли место ошибкам и сбоям, а отработанная веками технология была надёжна настолько, насколько это было возможно.
Инициировав начало образования плазменного шара, я тщательно следил за стабильностью этого процесса, магнитные поля крепко держали рукотворное солнце в своих тисках, не позволяя ему сжечь своим пламенем всё вокруг. Первый этап прошёл хорошо, можно начинать следующий. Загудели и заискрили генераторы магнитных полей, пока я производил их калибровку в соответствии с изменившимся на миллионные доли показателям магнитного поля земли, данное действо было необязательно и генераторы могли работать и с большими расхождениями, но мне хотелось, чтобы сейчас всё было идеально.
Как только генераторы магнитных полей были настроены, я приступил к следующему этапу, непосредственно первой плавке. Буквально растворившись в процессе, я подхватил с помощью разнонаправленных полей куски адамантиновой руды, которая, повинуясь моей воле, плавно направилась в сторону печи, извиваясь серебристой змеёй. Опять же, всё это можно было сделать намного проще и грубее, но мне хотелось привнести толику красоты в происходящее. И своего я добился, импланты замерших рядом техножрецов сигнализировали о том, что все они сейчас пребывают в благоговении от увиденного ими.