Оповестив Сантьяго, что его спящая красавица готова к пробуждению, сам я решил поприсутствовать на моменте пробуждения. Кочевник, в это время занятый перевозкой мелкого груза, вдавил педаль в пол и на всех парах выдвинулся в сторону моей базы, предварительно закончив выполнять заказ, всё же репутацией он дорожил. Его, пыльного и запыхавшегося, я застал в двери, когда сам уже несколько минут как сидел рядом с Бестией в отведённой ей палате.
- Смотрю, ты спешил, - вместо приветствия сказал ему я.
- Ты же сама сказала, что она вот-вот очнётся, - кое-как отдышавшись ответил он.
- Я сказала, что она готова к пробуждению, а не вот-вот сама проснётся. Она сейчас находится в медикаментозном сне, всё же рисковать и давать ей двигаться во сне, было слишком опасно, с её то травмами.
- Тогда? – со значением посмотрел на меня Сантьяго.
- Сейчас она очнётся, - сказав это, я дал команду аппарату, подключённому к кровеносной системе Бестии ввести препарат для вывода из медикаментозного сна.
Ничего не говоря, Сантьяго сел рядом со своей напарницей и стал ждать, когда она очнётся, я же, чтобы лишний раз его не смущать, сделал вид что нахожусь тут только как деталь интерьера. Через несколько минут, девушка понемногу начала просыпаться, появились небольшие подёргивания конечностей, глазные яблоки под веками зашевелились. А ещё через несколько минут, она резко открыла глаза, но вот последующая её реакция меня удивила. Вместо того, чтобы потянуться или просто вздрогнуть, она зарядила прямой удар Сантьяго в челюсть, отчего его любимые очки полетели на пол, а после попробовала вскочить на ноги. Что она хотела сделать дальше, я уже не узнаю, так как затёкшие от долго бездействия мышцы её подвели, и она рухнула на пол.
Взгляд со стороны. Рейчел Амендиарес, она же Бестия. Через несколько секунд после пробуждения.
Закрывая глаза от введённого наркоза, я рассчитывала, что очнусь через несколько дней с крутым хромом, и первой мыслью о том, что что-то пошло не так было огромное количество боли, от которой я буквально не могла нормально мыслить. Пошевелиться или закричать я тоже не могла, как и в целом пошевелиться, из органов чувств у меня остались только глаза и слух. Зрение мало чем мне помогло, но вот через пелену боли я всё же расслышала, как кто-то рядом со мной ругается, а потом меня куда-то понесли. Потом была тряска, снова перенос на руках, а потом я провалилась в темноту.
Начав приходить в себя, первое, что я почувствовала – это запах больницы, причём не привычной для Найт-Сити, а нормальной, в которой мне приходилось бывать всего пару раз и ни разу в качестве пациента. Тишина, непривычный запах и мерное пиликанье приборов, говорили только об одном, корпораты, у которых был украден мой Санди всё же вышли на меня и теперь только и ждут, когда я очнусь чтобы начать допрос. Вариант что Сантьяго нашёл денег, чтобы положить меня в нормальную клинику, где не пахло запёкшейся кровью пополам с говном, я даже не рассматривала, последние полгода мы работали в паре и о его доходах прекрасно знала. Был, конечно, вариант, что он продал свою машину, все свои органы и импланты чтобы вытащить меня, но как бы он ко мне ни относился, на такое он бы не пошёл.
Окончательно проснувшись и прочувствовав своё тело, которое, на удивление, было во вполне сносном состоянии, я начала пытаться прочувствовать окружение, открывать глаза было нельзя, по ним захватившие сразу поймут, что я пришла в сознание. Напрягая слух, я смогла определить, что совсем рядом со мной кто-то сидит, если судить по тяжёлому дыханию, если в комнате и есть кто-то ещё, то ведёт он себя слишком тихо.