Самыми большими группами были те, во главе которых стояли лидеры наиболее крупных кланов, а уже рядом с ними стояли их союзники. Сам я встал рядом с Сантьяго, как и ещё несколько десятков человек, что вели за собой свои семьи. В это же время Джонатан Мета стоял посреди группы водных кочевников, остальные так же разбились согласно месту кочевья их семей или роду занятий. Когда все приглашённые зашли в зал и заняли свои места, Сантьяго решил первым взять слово.
- Я рад всех вас здесь видеть, - встав со своего стула, он опёрся на стоящий в центре помещения стол, - и мне приятно, что на это собрание приехало столько людей.
- Как вы все знаете, - слово взял Малахий Ход, - мы собрались здесь не просто так. Мир меняется и уже совсем не тот, каким был, когда мы только отправились в пустоши, оставив за спиной свои дома.
- А значит, - подхватил речь главы клана Ходес, Малкольм Кент-Смит, лидер Кровавых, - измениться должны и мы.
После финальных слов Малкольма, зал наполнился перешёптываниями, среди которых можно было услышать самые разные мнения по поводу происходящего, кто-то был в целом согласен со сказанным, кто-то выражал опасение по поводу того, что ждёт их в будущем, а некоторые бурчали о том, что зря сюда приехали.
- В последнее время, как вы все уже почувствовали, - слово вновь взял Сантьяго, - правительство с чего-то решило, что может зажимать нас и ограничивать нашу свободу. В восточных штатах это особенно заметно, наши колонны стали останавливать в пути для «досмотров», нас не пускают в некоторые города, под предлогом того, что все кочевники – это сборище налётчиков и убийц. Впрочем, кому я об этом рассказываю, вы и сами прекрасно всё это знаете.
- И поэтому, мы втроём, - произнёс Малахий, посмотрев сначала на Сантьяго, а потом на Малкольма - решили собрать всех вас здесь, чтобы решить дальнейшую судьбу всех кочевников. Как бы нам ни хотелось, но если мы не сможем объединиться и не станем настоящей силой, с которой следует считаться, боюсь, об нас так и продолжат вытирать ноги все, кто хочет.
- И что теперь? – раздался голос из зала, - Мы теперь должны будем подчиняться кому-то одному, может ещё выборы «вождя» произведём?
- Нет, подчиняться кому-то одному мы не будем, - жёстко ответил Малкольм, - но мы должны разработать свод норм и правил, по которым будем жить.
- Так есть же уже кодекс кочевника, - вновь раздался голос из зала, - зачем придумывать что-то ещё?
- Есть, и все мы следуем ему, - ответил Малахий, поправив свои очки, - но что там говорится про то, что делать в случае, если с оплатой твоих работ тебя кинула корпа, или ещё кто? Или там говорится о том, как поступить, если твою семью выгоняют из какой-то области? Ну или может там сказано, как противодействовать правительству? Нет? Вот для этого мы все здесь собрались.
- Короче, - выкрикнула женщина с нашивкой в виде крылатого черепа на куртке, - что вы там надумали? Или мы так и будем слушать ваши рассуждения о всеобщем благе?
- Придумали мы не так уж и много, - снова слово взял Сантьяго, - во-первых, нам надо организовать кочевой совет, где каждый кочевник сможет высказать своё мнение и поднять тот или иной вопрос, который совет рассмотрит и примет по нему решение.
- Прямо-таки каждый? – с иронией спросил кто-то из толпы, - Звучит как… пиздёж.
- Ладно, не каждый, а лидер семьи или клана, - тут же нашёлся Сантьяго, - но ты же не станешь слушать мнение каждого недовольного в своей семье? Вот и тут будет так же, если у твоих людей будет проблема, которую ты сам не сможешь решить, ты сможешь обратиться в совет.
- Звучит более реалистично, - ответил всё тот же голос, - а то развели тут, понимаешь.
- Вопросов по поводу совета и его функций больше нет? – присутствующие в зале кочевники ответили положительно, - Теперь к распределению голосов и нашей будущей структуре. Как вы понимаете, давать всем одинаковое количество голосов в совете неразумно, за кем-то стоит семья в сотню человек, а кто-то ведёт за собой сотни тысяч, но и передавать власть в руки тех, у кого больше людей - несправедливо. Иначе весь смысл совета пропадает.