«Как интересно…» — подумал я, после чего деактивировал свою маскировку, и обратился к Роману Григорьевичу:
— Ну надо же… Кто бы только мог подумать — какие интересные вещи вы тут обсуждаете, Роман Григорьевич… Кажется, я пришёл весьма вовремя.
Глава 24
После моего фееричного появления в кабинете поднялся страшный переполох, и я вряд ли смогу передать вам степень своего удивления, когда смирно сидевшие генералы вдруг повскакивали со своих мест, а потом в их руках, словно по волшебству, появилось различное оружие, которое до этого момента находилось в их пространственных рюкзаках.
В следующее мгновение это самое оружие было дружно направлено на меня, и одновременно с этим действием поверившие в себя военные начали кричать с перекошенными лицами, чтобы я лег мордой в пол и совершал прочие, совершенно не интересные действия…
Было даже в чем-то забавно наблюдать за их растерянностью, когда я, вместо того, чтобы быстренько выполнять их требования, даже не шелохнулся, а так же стоял на том же самом месте, глядя на них с легкой, снисходительной усмешкой.
— Стоять! — закричал Роман Григорьевич громоподобным голосом. — Не стрелять! Это свой!
Выполнение приказов у этих людей было уже сродни инстинктам, и потому все послушно замерли, после чего с недоуменными лицами начали переводить свои взгляды с Романа Григорьевича на меня и обратно, а сам хозяин кабинета тем временем смотрел на меня тяжелым взглядом, а потом усталым голосом произнес:
— Сергей, я должен отметить, что этот кабинет, как и весь комплекс зданий, относятся к режимным объектам, и шастать тут как это делаешь ты здесь не принято. Мог бы хотя бы предупредить о своем визите.
Не знаю почему, но мне в моменте все эти условности показались настолько мелочными и надуманными, что я даже испытал легкое раздражение от этих совершенно никому не нужных нравоучений, вот только ссориться с этим человеком мне сейчас было совсем не с руки, и так как я не хотел создавать себе лишних проблем, то тут же изобразил смирение, а потом произнес извиняющимся тоном:
— Прошу прощения, Роман Григорьевич, но у меня жуткая нехватка времени, а назревший вопрос нужно решить быстро… Да и для вас у меня есть интересная информация, которая, я уверен, будет очень полезной.
Роман Григорьевич кивнул, принимая мои извинения, после чего кинул быстрый взгляд в тот угол, где я появился, и вдруг его лицо стало очень задумчивым, а потом он смерил меня внимательным взглядом и протянул:
— Сереж, прежде чем мы начнем, ответь мне пожалуйста на один вопрос… Ты каким чудом вообще смог сюда попасть, если мой порталист совсем недавно отправил тебя в Калининград? Раньше за тобой таких способностей не наблюдалось.
Я на это пожал плечами, после чего с философским спокойствием ответил:
— Всё течёт, всё меняется, Роман Григорьевич… Разве это важно? Да, я был в Калининградской области, но потом у меня возник вопрос, и чтобы не терять времени на бюрократические препоны, я решил узнать ответ лично.
После своего ответа я хотел сразу перейти к вопросу, ради которого я сюда сунулся, но в этот самый момент один из генералов, сидевший ближе всех к Роману Григорьевичу, резко вскочил на ноги, с шумом отодвинув свой стул, и не обращая на меня совершенно никакого внимания, истошно завопил:
— Роман Григорьевич, я прошу… Нет, я требую, чтобы человек с такими возможностями был приписан к моему ведомству! Это не обсуждается!
Мне показалось, что от такого заявления обалдел не только я, но и все люди в этом кабинете, потому что в помещении воцарилась такая тишина, что стало слышно разговор в соседнем кабинете…
Взгляды всех собравшихся тут же устремились в мою сторону, и если раньше они были просто любопытными, то теперь явно стали несколько напряженными, потому что все понимали — просто так я этого не оставлю.
Дабы не разочаровывать собравшихся, я посмотрел на этого крикливого генерала с двумя кольцами становления под ногами, и почувствовал странную брезгливость, что этот возрастной дядька вместо того, чтобы стараться занять полагающееся ему место в новом мире, отчаянно держится за старую власть, которая уже совершенно ничего не значит.
Именно исходя из этих соображений, я перевел свой взгляд на хозяина кабинета, а потом спокойным, даже несколько насмешливым голосом спросил:
— Что это за шавка у вас тут завелась, Роман Григорьевич? Мне кажется, что кое-кто совсем не знает своего места и не осознаёт до конца последствий своих поступков.