Генерал аж задохнулся от охватившего его возмущения, а его красное лицо прямо на моих глазах начало приобретать багровый оттенок, после чего он не выдержал и сделав шаг в мою сторону, закричал с такой злостью, что, казалось, даже стены задрожали:
— Я тебя в ошейник закую, сопля! Ты хоть знаешь, с кем говоришь? Да я тебя…
Тяжело вздохнув, я моментально понял, что ничего нового от этого кадра не услышу, и просто махнул рукой, после чего генерал исчез прямо на полуслове, отправившись знакомиться с теневым планом, а в помещении вновь установилась звенящая тишина и когда я перевел взгляд на замерших людей, то обратил внимание, что возмущенных лиц среди них не осталось, а вот испуганные были практически все.
Чтобы закрепить произведенный эффект, я спросил, внимательно оглядывая каждого мужчину:
— Может быть еще у кого-то из вас есть крайне удивительные предложения о том, кому я должен принадлежать?
По понятным причинам ответить мне никто не рискнул, на что я удовлетворенно ухмыльнулся, а потом повернулся к хозяину кабинета и деловым тоном сказал:
— Роман Григорьевич, я считаю, что было бы очень здорово, если бы все лишние покинули кабинет, а мы с вами спокойно потолковали касаемо задания, которое вы мне недавно поручили.
Все это время я испытывал крайне двойственные ощущения, потому что с одной стороны я прекрасно понимал, что творил лютую дичь по отношению к тем, кто раньше мог решать любые вопросы по щелчку пальцев, а с другой стороны — мне так осточертели все эти понты не по делу и попытки вершить судьбы от тех, кто НИЧЕГО не смог добиться в новом мире, хотя имел для этого ВСЕ ресурсы, что я уже устал молча сносить все их попытки показать свою значимость, и решил перейти к действиям. Самое интересное заключалось в том, что мне это искренне нравилось, а еще я верил, что хоть так, но я смогу расшевелить это болото…
Хозяин кабинета после моих слов немного пошевелился, а потом прежним усталым голосом произнес:
— Сережа, позволь поинтересоваться — что ты сделал с генералом Уваровым?
Я на это равнодушно пожал плечами, а потом сказал отстраненным голосом:
— Можете за него не переживать, Роман Григорьевич… Ваш Уваров находится на перевоспитании, и когда он вернется, то может даже вспомнить о манерах и о чести офицера…
Роман Григорьевич явно заинтересовался таким описанием, но решил не углубляться в тему, а просто доверился мне и кивнул, после чего с уже куда более спокойным лицом сказал:
— Хорошо, я тебе верю, Сергей, а что касается твоего вопроса — будет лучше, если ты его задашь при этих людях, потому что я, вопреки мнению большинства, совсем не всеведущ, и многого не знаю, а эти люди смогут ответить практически на любой вопрос.
Мысленно я признал справедливость слов своего собеседника, а потом пододвинул к себе кресло Уварова, поставив его рядом с креслом Романа Григорьевича, и усевшись в него, тут же начал свой рассказ:
— Во время последней нашей встречи Роман Григорьевич поручил мне разобраться с ситуацией на Балтике, и сейчас я могу вам с гарантией сказать, что не только решил вопрос с вражескими магами, уничтожающими наш флот, но и успешно разобрался с Лосс и ее последователями, то есть побережье полностью свободно от враждебных форм жизни. Если нужно — с кораблями я тоже разберусь, но для этого мне от вас нужен ответный жест…
— Я уже говорил тебе, Сережа, — перебил меня Роман Григорьевич еще более усталым голосом, чем раньше, и тут же продолжил: — При всем нашем желании мы не сможем предоставить тебе никакого оружия, потому что его у нас сейчас даже в виде прототипов.
Услышав эти слова, я пренебрежительно отмахнулся, после чего успокоил хозяина кабинета:
— Нет, Роман Григорьевич, вы меня не поняли… Оружие мне не интересно. Мне просто нужна информация… И все.
Эти слова серьезно удивили моего собеседника, и если раньше он еще позволял себе относительно расслабленный вид, то сейчас он подобрался, словно хищник перед броском, и внимательно наблюдая за моим лицом произнес:
— Это какого же рода тебе потребовалась информация, что ради ее получения ты решил пойти на конфронтацию с далеко не самым последним человеком в нашем государстве?
Я хотел ответить, но именно в этот момент действие моего навыка закончилось, и генерал Уваров вернулся на место, вот только если до своего исчезновения он буквально пылал гневом и яростью, то сейчас его лицо было бледным, как полотно, а его идеально отглаженный китель оказался порван и испачкан.