- Наверное, в отношениях нужно дать партнеру свободу и посмотреть, что он выберет. Если сбежать, то и не нужен такой человек. А если останется, то уж точно не отпускать. Любовь — это не об оковах, которые тебе вешают на сердце.
Хантер усмехнулся. Перед ним, как будто бы совсем другая Мария. Более взрослая, мудрая и тем не менее сохранившая в себе весь детский задор и наивность. Она могла сказать самую глубокую и правдивую вещь на свете, а в следующую секунду спрыгнуть с орла в полете. В его груди вновь затеплилось легкое восхищение, граничащее с нежностью. Что-то подобное, он испытал впервые увидев, как она спрыгнула с лошади у реки и яро бросилась в воду.
- Ты абсолютно права, — слегка хрипло вымолвил охотник. Они недолго помолчали, думая о своем. - Может, вернемся в лагерь?
- Не хочу, — сморщилась девушка, покачав головой.
Хантер улыбнулся.
- Ладно, но заметно холодает.
Скинув свою жилетку, он заботливо положил ее на хрупкие плечи подруги. За считаные секунды собрал хворост и развел костер. Маленький, острый кончик огня потянулся вверх, с наслаждением, поглощая ветки.
- Как быстро, — улыбнулась Мими, протягивая ладошки к теплу.
— Это охотничий навык, — серьезно ответил тот, но на губах просияла довольная гримаса.
- Умный охотник, — мягко ответила девушка.
Хантер сел, напротив, наблюдая за оранжевыми языками. Они танцевали безумное танго, отражаясь бликами на деревьях. Успокаивает. Как же редко ему удается быть в себе. Отпустить тревоги, страхи и раздражения. Просто быть собой. Он нагнулся ближе, подбрасывая тоненькие ветки на растерзание желтому вулкану.
Цепочка Хантера блеснула в искорках пламени, дав свет. Он, как тайный шпион проник в глаза Мими. Увидев букву «Д» на медальоне, она резко зажмурилась от вновь наступивших спазмов. «Это мой брат. Джеси. Я всегда думал, что с ним случилось после смерти? », — пронесся опечаленный бас охотника. Тут же возникло ландышевое поле. Все белым-бело, словно зимняя сказка. «Это исповедальня. Ты можешь попрощаться с родителями.» Здесь же и сам охотник: улыбчивый, яркий, с ямочками у губ от широкой улыбки.
- Мария? — испугался Хантер, подскочив к ней.
Она смотрела сквозь пелену прошлого, постепенно приходя в себя.
- Ох, — вздохнула она, потирая виски.
- Что ты вспомнила?
- Твоего брата.
Охотник заметно помрачнел и виновато потупился.
- Я не вспоминал о нем с тех пор, как стал жить один, — стыдливо признался друг.
Он неловко поерзал на месте, сев чуть поодаль от Марии, во избежание касаний их ног. Почему-то малейшее ее движение вызывало в нем легкую дрожь.
— Это не должно тебя ранить. Время идёт, мы живы и живем дальше. Ты не забыл его. Он всегда будет у тебя здесь, — прикоснувшись к груди, там, где билось сердце, мягко сказала девушка.
- Все так, — только и буркнул мужчина, не отрываясь от костра.
- Давай почитаем? — попросила Мими, неуверенно доставая книжицу из потайного кармана.
- Точно? — спросил Хантер.
Она кивнула.
- Только читать будешь ты, — лучезарно улыбнулась девушка.
Протянув ему книгу и уложив на ладонь, резко убрала руку, словно обожглась. Закуталась сильнее в теплую вещь, уткнувшись носом в шерсть, и закусила нижнюю губу в ожидании.
Хантер покрутил дневник, все еще сомневаясь. Бог знает, что скрывают эти исписанные мелким почерком страницы. И все же, понимая, что без этого, возможно им не исправить положение, тихим, заговорщицким голосом, начал читать.
- Давным-давно во Вселенной, существовали две искорки...
***
Из дневника.
Давным-давно, а может, даже всегда, существовали две искорки. Искорки, пылинки, атомы — это кому как удобнее воспринимать информацию. Они были всегда, испокон веков, наверное, даже до создания всего, но это не точно. Прожив столько, начинаешь забывать, как правильно течет время.
Две пылинки, были противоположностью друг друга, как тьма и свет, инь и янь, их называют по-разному во множествах культур. Единственное, что они знали, они не могут порознь. Их судьба — вечно сосуществовать вместе, поддерживая баланс в природе, в мире, во всех Вселенных.
Они существовали во всем. И были сразу всем. Их можно услышать в шуме воды или проливного дождя. Увидеть в сильном ветре, создающем торнадо. Можно понюхать, когда лес с утра, источает свои личные запахи свежести. Две искорки могли жить в воздухе, а порой принимать разные обличия, в том числе человеческие.