- Да ты романтик, Грэм, — рассмеялась девушка, и в груди её что-то настойчиво ёкнуло.
***
- Стоит немного задержаться, — уверил Ян, аккуратно взяв Агату под руку.
- Что? – удивилась девушка, пытаясь вырваться.
Через секунду оглушил протяжный, женский вой, от которого по спине мурашки пошли.
- Я же говорил, — повел Ян вглубь леса. – Давай прогуляемся.
- Как ты узнал? – не унималась Агата, отбросив капюшон, подставляя кожу солнцу.
- Я очень наблюдательный, — хохотнул мужчина, размеренно шагая по тропинке. – На самом деле, это было заметно, что у Ирис истерика.
- Ничего такого не видела, — вздернула подбородок девушка, поправляя длинное платье, то и дело, подол которого, попадал под туфли.
- Так, ты и не смотрела.
- Просто не мое дело, — парировала Агата, отводя взгляд в сторону.
Ян помолчал, наслаждаясь лесной тишиной и благодатью. Он до чертиков пугал Агату своей любознательностью и излишней откровенностью. Одетый полностью в черное, он почти что неестественно сливался с лесом, подмечая детали, которые никто бы не обнаружил. Он присел, словно к чему-то прислушиваясь и раздвинув высокую траву, обнаружил визжащего детеныша белки. С особенной нежностью поднял его и вложил обратно в дупло, ближайшего дерева, почему-то уверенный, что выпал он именно оттуда.
Агата скрестила руки на груди, скрывая восхищение.
- Природа, очень хрупкая, — заметил Ян, лучезарно улыбнувшись. – Но она мне нравится больше, чем люди.
Девушка помрачнела.
- Ненавижу людей, — плюнула она, будто ядом.
- Людей или конкретного человека? – поинтересовался Ян, подзывая Агату ближе, продолжая свою прогулку вдоль тенистых деревьев.
- Хочешь покопаться в моем прошлом? – саркастично спросила она, не позволяя ему взять свою руку. – Я уже поняла, что там какой-то деятель, пытающийся помочь человечеству, но мне помощь твоя не нужна.
После этих слов Агата демонстративно села у корней, облокотившись спиной о широкий ствол. Сердце её снова лихорадочно забилось, так и просясь наружу. Мысль сменяла одна другую, вырываясь на свободу, но девушка принципиально молчала.
- Заставлять я не буду, — пожал он плечами.
Ян скрыл усмешку и сел у другого дерева, точно напротив Агаты, насвистывая веселую мелодию.
- Провоцируешь меня? – сквозь зубы, процедила она, поднимая голову.
Тот поднял руки вверх.
- Упаси Господь, — рассмеялся мужчина. – Так, кого ты ненавидишь?
- Отстань, — буркнула девушка, качая головой, ведь целый рой воспоминаний, снова накинулся на мозг.
- Прошлое порой тяготит. Не так ли?
- Нет. Агата сжала кулака. Хотелось выпустить свою злость, но та оставалась внутри, поедая её на завтрак. И правда, кого она ненавидела? Хантера, что не уследил тогда за Фини, оказавшейся одной в пещере? Может, Марию, из-за которой началась вся та история? Или Афелию, что так и не уговорила её остаться в Цитадели? Не проявила к ней сестриной любви, заботы, внимательности. Оставила наедине с самой собой, с той болью потери, что подвергала душу, каждодневным пыткам. – Себя.
- Что? – уточнил Ян, отвлекаясь от поглаживания травы под ногами.
- Я ненавижу себя, — выпалила Агата нахмурившись. – Тяжело было разобрать, что это чувство, и кому оно предназначено, но, наверное, винить других и правда неправильно.
- Почему ты так решила? Может, и правда кто-то виноват? – хитрил Ян.
- Ты же сам сказал, что кого-то конкретного, — возмутилась Агата, поджимая под себя ноги.
- Разве? Кажется, я только спросил. Выводы ты сделала сама, и довольно продуктивные, — ухмыльнулся мужчина.
- Ты подстрекатель, — обиделась Агата. – Сестру я тоже ненавижу.
- О как, — улыбнулся Ян, сорвав травинку и вставив между зубов. – Интересно, а её за что?
- За то, что не была рядом, когда умерла моя подруга. Не ушла со мной в «Единство».
- У каждого своя дорога, не находишь? У каждого своя жизнь, и они сами принимают решения. Может быть, она хотела, чтобы тебе было лучше. Ты же хотела побыть одна?
- Хотела, — недовольно согласилась девушка, надув губы. Её светлые глаза потемнели и опасно заблестели. – А может быть, хотела, чтобы меня остановили.
- Как жаль, что люди не умеют читать мысли, — цокнул Ян.
Мужчина поражал своим спокойствием и уравновешенностью. В сравнении с исходящими от Агаты гневом и обидчивостью он оставался воплощением самого терпения. Встретившись с ней взглядом, он обжёг её глубиной своей мудрости, таившейся внутри черных зрачков.
- Было бы легче.
- Ничего подобного. Знала бы ты, сколько негатива в мыслях человечества. Сколько того, что они могли и хотели бы сказать, но не говорят. Уверен, что и твоя сестра многое хотела до тебя донести, но приняла единственное, правильно решение.