Хантер заметно помрачнел, хмурясь все сильнее и сильнее.
- Больше я ее не потеряю.
Глава 27. Прощание.
«Иногда кажется, что туманности практически сливаются друг с другом. Это иллюзия — все они находятся на очень разном расстоянии от нас, и только их проекции на небесную сферу накладываются друг на друга. Тем не менее эта совокупность туманностей называется комплексом туманностей Антареса, или даже — совсем просто — Туманность Антареса».
Мария разгуливала по замку. Она запоминала каждую деталь и пылинку в углу, на полу. Паутину на потолке в зале и блеск золота трона, что стоял в главном зале. Среди тысячи, оплавляющихся свеч, трон казался слишком громоздким и хранящем в себе тайны. Много ли королей и королев, сидели там, глядя на подданных, слушающих их речь? Возможно! Но у Мими этот трон, ассоциировался со смертью. «Ох, Джойс. Что бы ты сейчас сказала?». Её хладнокровности и стойкости, позавидовал бы каждый.
Девушка остановилась на округлой лестнице со второго этажа, чьи ступеньки блестели от чистоты. Села посередине, ощутив прохладность, и сморщила носик, привыкая и нагревая камень. Глянула в окно и закусила губу от прилива желания. Там внизу, в полной экипировке охотника стоял Хантер, властно раздавая приказы небольшой группе мужчин, среди которых, ловя его взгляды, был и Грэм. Хантер будто бы почувствовал её взгляд и заметив в окне, послал воздушный поцелуй. Она грустно улыбнулась, делая вид, что поймала его рукой и приложила к сердцу. Хантер подмигнул и широким шагом, сопровожденный охотниками, направился в лес. Именно здесь, пятьдесят лет назад, она впервые увидела его. Именно из этого окна!
Волнение просыпалось в ней сильнее и холодными мурашками поднималось от кончиков пальцев ног наверх, желая завладеть рассудком. Боль. Она была не физической, но плохо становилось от нее сильнее. Хотелось кричать от бессилия и отчаянья, но она только встала, спускаясь вниз. Позволила тем самым растениям обвить щиколотки, закрывая глаза. Холод! Он шел за ней по пятам, как когда-то. И только стоило согреваться в объятиях и улыбках родных и любимых людей, как тот, тут как тут. Своими прозрачными руками закрывает видимость, не позволяя дышать. Ужас предстоящего разговора и его последствий, заставлял кровь в жилах стынуть. Она сразу представляла удивление людей, который знала, так давно. Представляла, как вытягивается лицо Хантера, и его фиалки гаснут от разочарования. Меньше всего на свете, ей хотелось его терзаний, но в этот раз – пострадают оба.
Пройдясь по круглому холлу первого этажа, она заметила Моэ. Годы ему пошли на пользу. Как и других, его не коснулась старость, но проявилась статность и легкое высокомерие в широких, гордо выпрямленных плечах. Он состриг длинные волосы почти под ноль, отчего черты лица преобразились. Глаза словно занимали большую часть и переливались на свету, который исходил от прозрачного потолка замка. Тот заметил Мими и как-то неловко кивнул. Остановился на минутку, раздумывая подойти ли, но опустив потемневший взгляд в пол, скрылся за поворотом. Не удивительно. Сейчас почти все отворачивались от нее. Мария – несущая смерть. Раньше её имя не вызывало таких эмоций у людей. А сейчас, только его услышав, все сразу же содрогались от паники.
Мария усмехнулась уголками губ и прошла насквозь кухню, ухватив по пути какую-то сладость. Растворившись в запахах хлеба и чего-то похожего на ваниль, вышла через заднюю дверь. Съеденное пирожное не почувствовала и тяжело вздохнула, посмотрев на испачканные пальцы, сахаром. Именно здесь, где чаще всего пустовал двор и оставались отходы из кухни, она услышала знакомые голоса. Кэли в очередной раз говорила о любви Скаю, а тот без лишних слов и ответов, просто прижимал её к своей груди. Кажется, она заплакала. Впервые за столько времени, Кэли не прятала испуг. Они долго так стояли, прирастая к земле и что-то, пылко шепча на ухо. Прощались.
Куда бы Мими ни пошла, видела, как люди становятся ближе друг к другу. Отпускают ли они себе обиды? Отпускают ли свои ошибки грехи прошлого, которые привели их в исходную точку событий? Ей стало нестерпимо одиноко. Среди людей, проявляющих любовь друг другу, она осталась одна, наблюдая за чужим теплом. На третьем этаже, куда она сама редко поднималась, она увидела Рани и Бэллу, что тихо шептались. Её сердце нещадно укололо невидимой иголкой. Киаран погладил девушку по щеке, заглядывая в её добрые, мокрые от слез глаза. Руки их крепко сжались, переплетая пальцы. Марии вспомнилось, как он часто это делал с ней. Как готов был пойти с ней в иной мир. «Надеюсь, ты будешь счастлив»— губами прошептала девушка и снова побежала вниз. Остановившись перевести дыхание, увидела на балкончике Амелию. Она, не двигаясь, наблюдала за ней, сжимая в руках медальон. Мими слышала его писк, даже отсюда и отвернулась, но звук доставал до самых перепонок.