- Мими.
- А теперь, просто уходи, мой самый умный охотник, — тихо попросила девушка, приложив палец к его губам. - Хочу, чтобы ты меня запомнил, хотя бы такую, но не в лице Антарес.
- Ты что, — возмутился он. - Я никогда не смогу забыть тебя или сравнить с ней.
- Я люблю тебя, Хантер, — срывая голос на хрип, сказала девушка, никак не отпуская его плечи.
- Я люблю тебя, Мария, — эхом отозвался он.
Протер большим пальцем, еще одну слезу. Поцеловал и встал, держась за ребро. Резко отвернулся, иначе так и остался сидеть на земле, жалея себя и ее. На трясущихся ногах, выпрямив спину, шел в замок, едва сдерживая крик.
Мими так и осталась сидеть на сырой земле, но больше не плакала. Власть над телом, вновь отошла Антарес.
***
Антарес шла от ворот через поле, усыпанное мелкими цветами вербены. Она не торопилась, наслаждаясь первыми, теплыми лучами солнца. Прищурилась от их резкости и яркости, сморщив носик, и заправила прядь волос за ухо. Слева колыхались острые наконечники ржи, трепетно приветствуя ветер. И правда — целое море ржи. Улыбнулась, вспоминая, как они с Амелией придумывали названия своих новых владений. Как радовались люди, первым взошедшим стебелькам, без усталости ухаживая за полем.
Справа бушевала пыльца синих цветов, похожая на взлетающие вверх искринки, блестящие в дневном свете. Она сглотнула, почувствовав на языке терпкий вкус датуры. И кто тогда придумал варить из них алкоголь? Рассмеялась вслух, той сумасшедшей идее, что стала лучшей.
Сейчас она ощущала жизнь, как никогда. Каждый шорох полевой мышки, каждый взмах крыла колибри, каждое жужжание пчелы. Горячие плечи от лучей. Как нагревается и краснеет кожа. Как врезается в пятки трава. Как наполняются легкие утренним, слегка влажным воздухом, отчего в теле пробуждается энергия. Жизнь — прекрасна!
Впереди, сложив руки в карманы черных брюк, стоял Азаг. Он не отводил от нее восхищенного взгляда, терпеливо ожидая. Ей показалось, что ее ждал палач, но тот широко и ласково улыбнулся, приветствуя жертву. Как всегда, прямая осанка, кристально белая рубашка, расстёгнутая чуть ли не до пупка. Черные, смолянистые волосы зачёсаны назад, как для торжества, и единственная, маленькая прядка, выбившаяся из прически на лбу.
Тревожно, но Тари направилась к нему, прожигаемая в спину сотнями взглядов жителей. Она знала, что те столпились на балконе второго этажа, как зеваки на эшафоте. Но на этих мрачных, потрёпанных после нападения лицах, читался один исход.
- Антарес, — развел руки в стороны, предлагая объятия.
Та подошла близко, но воздержалась от его прикосновений, недоверчиво оглядев. В его правой руке блеснуло лезвие ножа, будто подмигнув.
- Азаг, — сухо кивнула она, пытаясь найти в черной бездне глаз, хотя бы намек на сожаление.
- Как безрадостно, — ласково заключив в ладони ее лицо, проговорил он, и скулы его смягчились. - Вижу осознанность. Вижу, память вернулась целиком.
Тари подняла руку, и в этот же момент, трава вокруг них пожухла, скукоживаясь, как от невидимого огня.
- И сила при мне, — смело заявила Тари.
Азаг рассмеялся, запрокинув голову назад.
- Вижу, и пыл свой ты не потеряла. Только, видишь ли, твоя сила — это капли. Росса по утрам, не больше.
Она гневно сощурилась, прошептав пару знакомых, но не забытых слов на латыни, но ничего не произошло. Внутри что-то загорелось, как фитиль, и тут же погасло.
- Что не так? — удивилась она, вглядываясь в свои ладони.
- Человечность Тари, — с легкой ухмылкой провозгласил Азаг. - Вся твоя сила, в их бессмертии, — ткнув пальцем на балкон, фыркнул, не скрывая презрения.
- И как же быть? — грустно спросила Тари, но ответ она уже знала.
Он приподнял оружие в руке и облизнул кончик языком. Его тьма начинала вновь пробуждаться и чувствовала приближение смерти. Она зашагала где-то рядом, махая ей рукой, как старому другу.
- Все шло к этому моменту Антарес. Твое сердце остановится, и ты, высвободишься из человеческих оков.
- И я больше не смогу принимать человеческую форму? — расстроилась она, качая головой.
В горле застрял ком, не позволявший дышать.
- Ты так расстроена, — толкнул он ее. - Только потому, что в тебе все еще сидит она. Она, которая так долго боролась со мной, — резко прислонив нож к ее горлу, злобно процедил Азаг. - Когда она умрет, ты станешь той, кем была всегда. Волшебной, магической частичкой вселенной. Моей частью Тари. Она кивнула, слегка отстранившись от холодного железа, и судорожно облизнула губы. Сжала подол платья, нуждаясь ощутить под пальцами, хоть что-то. - Больше никаких перевоплощений. Никаких не нужных изменений в мире. Никаких людей.