- Кто следующий? Эллен, давай! - Нет, нет, я не пою, я слушаю, я благодарный слушатель, - перевел Майкл с английского. - Ничего, Сарочка у нас тоже сначала не пела, а потом нормально, да, спой, котенок, тумбала тумбала тум балалайка, - напел Марк, девушка улыбнулась и подхватила: «Тумбала тумбала тум балалайка тум балалайка шпиль балалайка...» Иван отбивал ритм на маленьком барабанчике, и влюбленная пара самозабвенно пела, импровизируя, подставляя в песню свои слова.
-------------------------------
* стихи Е. Евтушенко, музыка Р. Паулс.
ГЛАВА 71 Денис разговаривал с Романом. - Ну, що, з Маєю, як у тебе? - Та ніяк. - Чого? - Та не знаю, вона якась сумна завжди... ну, це нормально, я розумію, чоловіка втратила, дивно було б як би весела була, але ж дуже неприступна, побалакати і те не можна, зразу тікає. - У них звичаї такі. Якщо вона скільки років так прожила, то їй важко перестроїтись, у них же з чоловіками не родичами жінкам не можно спілкуватися наодинці, родич має бути присутній, Свєта розповідала, там стількі усьго... так відрізняється від наших звичаїв... із хати сама не може вийти, супроводжуючий потрібен... Ну, вона тобі подобається хоч? - Не знаю... Уся закутана, платок не знімає, фігура добра навроді, сукня як балахон, так симпатична навроді... - Шо ти заладив навроді, навроді, толком кажи, подобається? - Хоч би трохи лагідніша була! Не знаю... - То мабуть не твоє! Чекай! Проси чарівника, щоб знайшлася дівчина для тебе! - Якого чарівника? - Такого, що всі дива тут робить! - засмеялся Роман. - А у тебе швидко усе получилося із Світланою, вона довго не опіралася. - Я про це з тобою балакати не буду, бо це не по чоловічому - теревенити про свою жінку хоч навіть із другом. Що я тобі можу сказати, приділяй якоїсь уваги Майї, вона буде трохи привикати до другого життя, а там буде видно. -Та ні, мабуть, хочу таку, щоб аж вогнем усе запекло усередині, щоб притиснути її до того дерева-велетня, щоб вона пручалася, а потім обхопила обома руками і як поцілувала палко-палко і кров як скажена побігла по жилах... Роман снова засмеялся. - Дивись, мрії збуваються...
Глава 72
ГЛАВА 72 - Тихіше, здається якийсь шум, - сказал Павел. Все замолчали, и прислушались. Кто-то подходил, и не один. Мужчины стали вставать. Наташа, Джон и Илья вышли на поляну. Малышка дремала на руках Ильи. - Добрый вечер, - сказал юноша. - Вы тут пели, и мы так обрадовались, мы давно уже ищем людей. Можно к вам на огонёк? - Наташа устало улыбнулась. - Конечно, что за вопрос! Все засуетились, окружили детей, стали расспрашивать. - No, English... - Он по-английски только понимает, - объяснила девочка, - он из Америки. - USA! - воскликнула Эллен. - Good evening! - сказал улыбаясь Майкл. - My name is Michael... Mike... her name is Ellen... We are from America... we are in the US... - John, - представился мальчик. - You have water? Give me some water, please. - Es, es, - Майкл достал емкость с водой и протянул Джону. Мальчик сразу предложил Наташе. - Thank you, - девочка сделала несколько глотков, отдала назад. Люба показала юноше, куда можно положить ребенка и Илья попытался уложить Кэролайн на постель, но она проснулась и увидев столько незнакомых людей, стала плакать. - Не, не, не, не надо, - юноша стал успокаивать малышку, подбежали Джон и Наташа. Подошел Джимми. Люба дала ему игрушку и персик. Все с улыбкой наблюдали как смуглый черноглазый малыш, серьёзный и насупленный, подошел к девочке и протянул подарки. - Ляля, - он был лаконичен. Кэролайн перестала плакать и исподлобья смотрела на мальчика. - Ляля, - повторил он и снова протянул игрушку. Кукла с ручками и ножками, нарисованным личиком, и даже с волосами, заинтересовала Кэролайн и она осмелилась её взять. - How to call it? - Ляля, - повторил Джимми нетерпеливо и протянул персик. Кэролайн оглядела всех рядом стоящих, взяла персик и уткнулась в Наташу. ....................................................................................................... Дети быстро освоились и быстро приняли существующий порядок вещей. Пока Лиля, Денис, Майя выздоравливали, отряд обосновался на одном месте. Бегали на речку и озеро, купались, загорали, играли с малышами, ходили на рыбалку, занимались хозяйством, шили, мастерили. Непостижимым образом появлялись нужные инструменты, материалы, краски и люди уже почти перестали удивляться, но не уставали радоваться и благодарить. Илья с Джоном сделали целую флотилию, и все с удовольствием наблюдали как кораблики плавают в небольшом озере. Джимми, Кэролайн и Вероника часами болтались в воде, играя с новыми игрушками. Иногда дети брали какой-нибудь кораблик и запускали в реку. Течение уносило его, а они долго махали и кричали вслед маленькому отважному суденышку. Мастерить игрушки скоро начали все, наперебой вспоминая, какие у кого были в детстве, и какие можно сделать. Скоро появились повозочки с лошадками, ветряные и водяные мельницы, флюгера, куклы, и для них кроватки, шкафчики и качельки, смешные и забавные зверушки и сказочные герои, кувыркающиеся обезьянки, вертящиеся от передвижения палочек, кланяющиеся клоуны и клюющие зернышки цыплята, куклы на веревочках... только пистолетов и пушек не было... никто не делал... Соорудили шалаш малышам, дети постарше настроили «домиков», «берлог» и «гнезд» разных конструкций, и с увлечением играли и общались целыми днями, пытаясь втянуть в свои игры и взрослых, и это заканчивалось воспоминаниями и новыми игрушками. Потом Игорь вспомнил о воздушных змеях и началось... Был объявлен конкурс на лучший «лета-лёт». Так Рита, которой в детстве посчастливилось запускать с папой, называла эту конструкцию из тонких реек и бумаги. Мужчины принялись за дело с таким увлечением, что женщины только улыбались и переглядывались. Люба собирала красивый темно-синий инжир и вдруг слезы побежали из её глаз неудержимым потоком. Миша, занятый приклеиванием какой-то детальки, (они использовали смолу с дерева), что-то почувствовал и оставив игрушку, подошел к жене. - Что случилось? Он смотрел на бегущие слезы, припухающие губы и ему становилось не по себе. - Что случилось? Тебя что-то тревожит, скажи мне. - Мишка, я так счастлива сейчас, никогда не была так счастлива, если бы и мама ещё дожила и увидела... - Фу ты, напугала, - мужчина обнял её и ласково погладил по голове. - Значит, так можно жить. Так. Можно. Жить. Понимаешь? - Понимаю, родная. Джимми играл недоделанным змеем. - Осторожно сынок, а то сломаешь, придется начинать сначала. Люба отстранилась и вытерла слезы. Хрясь, и планка треснула. - Миш, не ругай его. - Да кто ж его ругает, - усмехнулся мужчина, - ну, что, сын, будем чинить? Сломал? Джимми кивнул головой. За неполный год здесь он подрос, ему уже было наверное года четыре. Разговаривал он ещё мало, видно было, что всё понимает, но не хочет. - Не беда, сейчас сделаем, и будет летать. БУДЕТ ЛЕТАТЬ? - Да, - сказал малыш, Люба улыбнулась и пошла дальше обрывать фрукты. - Сейчас ещё немного сделаем и поможем тебе. - Да ладно, мне же тоже надо чем-то заниматься, скучен день до вечера, если делать нечего... сладку ягоду рвали вместе, горьку ягоду я одна... - Любчик, ты поосторожнее с выбором песни, а то потом ягоды эти не сможем есть... - Почему? - удивилась женщина. - Сладкой ягоды по две горсти, горькой ягоды два ведра, - засмеялась и сменила репертуар, - как хорошо на свете жить с любимым мужем, как солнце воздух и вода любимый нужен, мой муж, муженёк, он не низок, не высок... - О, другое дело...- прокомментировал Миша, намазывая планочку «клеем». - Слушай, давай малышу какое-то имя подберем русское, а? Что это мы его так сгоряча назвал