Наутро Вероника заболела. То ли от переживаний, то ли простыла. Термометра не было, она лежала горячая и женщины обтирали её водой, прикладывали на лоб мокрый платок. Девочка бредила, звала маму, папу и еще Дружка, наверное дома у них была собака, к которой она была очень привязана. Все помалкивали, настроение было паршивое, говорили только по делу: «Принесите водички прохладной, эта совсем теплая», «помогите перенести в тень», «надо сходить за фруктами, сделать сок». Мужчины строили большой шалаш. - Ну, наконец-то, - проворчала Люба, - дошли руки. - Вот женщины, ну все надо прокомментировать, - Гриша связывал лианой стебли растения, напоминавшего молодой тонкий бамбук, - теперь дитёнок с нами, мы что, не понимаем, вдруг дождь, ветер... - Да нам не надолго, как только выздоровеют наши больные - раненые, так и пойдем дальше, - Антон с Русланом таскали огромные жесткие листья для крыши. - А мы такие... из камыша... строили летние кафешки на пляже... и колоритно и удобно... и быстро, - Миша привязывал фрагменты «стен» к дереву. - А зачем нам надо идти? - сказала Люба полувопросительно, полуутвердительно. - Может быть где-то есть те, кто живет здесь... - А может с ними лучше не встречаться... - Не знаю, мне кажется идти надо, тогда будет хотя бы цель... дойти до тех гор... они то синеют, то розовеют... мне кажется они зовут... Все посмотрели на Антона. - Со мной все в порядке, а вот если мы останемся, то начнем от безделья сходить с ума. - Может быть ты и прав, - Майкл орудовал ножем, пытаясь заострить толстую длинную ветку. - А ну, дай я, - Гриша перехватил инструмент, - ты попроще что-нибудь делай, тебе ж без гитары никак, а я привычный. Сколько мантулить приходилось за свой полтинник. Майкл не обиделся, взял лиану и стал связывать между собой листья для крыши. Работа спорилась. Люба даже предложила, когда Веронике полегчает, отпраздновать «новоселье». - И ребенку будет интересно, хоть немного каких-то приятных эмоций, дети любят шалаши и все такое, только бы поскорее выздоравливала... - Можно будет тех вкусных плодов постараться достать, с того высотного дерева, - сказал Миша, - помните, упал как-то один. - Спрашивают у аборигенов: «Как вы кокосы достаете с пальмы?» Они отвечают: «Ветер дует, и сбивает». «А если ветра нет?». «Тогда - неурожай». - вспомнил Антон анекдот. На поляну вдруг зашла огромная собака и прямиком направилась к Веронике. Кто где стоял, кто чем занимался - все застыли от неожиданности, как в детской игре «замри». - Н-е-е-т! - закричала Аня и прижала к себе больную девочку, та не очнулась и продолжала бредить. Создание оскалилось и зарычало, оно попыталось коснуться ребенка, но Аня отползла с ней дальше. - Спокойно, спокойно, - сказал Майкл, - хочешь, мы тебе споем? «Собака» оглядела людей. - Не трогай её, что она тебе сделала? - Люба смотрела на взъерошенное существо. - И чего ты пришла, мы же не ссорились, занимались мирным делом? - Антон потихоньку подходил поближе. Заговаривая зубы страшилищу, они окружили Аню с девочкой на руках. «Собака» как-то тоскливо смотрела на них, но люди не понимали её взгляда. - А может кто-то внутри злится, а... колитесь, - негромко сказал Миша, - и... молитесь, что ли... она похоже чего-то ждет... Раздались какие-то нежные мелодичные звуки. Это Олег играл на своей сопилочке. Активно помогать в строительстве жилища он не мог, поэтому возился со своей « музыкой», потом задремал, проснувшись, оценил обстановку. - Зараз, зараз... я згадаю... я ж колись гарно грав... почекай... Чудище легло на траву и покорно «чекало». После нескольких попыток наконец стала получаться какая-то простенькая мелодия. Вдруг Вероника открыла глаза, села. «Собака» подняла голову, - Ляг, ляг, маленькая, не бойся, мы с тобой. - Так это же мой Дружок! Дружок, Дружок! - девочка выскочила из круга и кинулась к чудищу. Все произошло очень быстро, никто ничего не успел сделать, как Вероника обняла « Дружка» и прижалась к нему лицом. Потом повернулась ко всем и повторила: - Это же мой Дружок! - В Библии говорится: «Будьте как дети», - озвучил Майкл мысль, которая возникла у всех одновременно. Только Аня плакала от пережитого потрясения. Антон обнял её и шептал что-то ласковое. Вероника вспоминала, как ей было одиноко и плохо, и она ничего не понимала, что происходит, и как она разговаривала с собакой, рассказывала ему все, что с ней случилось. Дружок приносил ей разные фрукты, а потом он ушел и долго не приходил и она пошла искать и его и людей. Все хоть и поглядывали с опаской на Дружка, но разбрелись по поляне заканчивать прерванные занятия. Вероника что-то сказала в огромное ухо своего лохматого друга и он убежал, но вскоре вернулся с большущей связкой каких-то плодов, которых они здесь еще не едали. Девочка повеселела и выздоравливала прямо на глазах. Она стала угощать всех принесенными Дружком плодами. - Попробуйте, это очень вкусно! Надо подумать: «Хочу шоколада» и будет шоколад, «Хочу пирожного» и будет пирожное. - Серьезно? - удивился Миша. - Попробуем... - Жареная картошка! - А у меня гречка с тушенкой, с хорошей армейской тушенкой, не такой как сейчас делают... - Скумбрия, горячего копчения... вот это да! - А у меня борщ... такой классный борщ у нас в ресторанчике готовит Люба... тезка моя... - А у мене вареники мої улюблені, з картоплею. О, тепер з капустою... - Пиріг... з вишнею... як у матусі... смачно... - Блинчики с мясом... а теперь с творогом, с изюмом!