Все расчувствовались, у женщин в глазах блестели слёзы.
- За вас ! - Миша пригубил сок. - Горько... горько!
Антон поднялся и помог подняться своей суженой. Она сидела в белых волнах кружевов, атласа и шифона. Поправив фату, он коротко поцеловал невесту, и Анечка, засмущавшись, уткнулась в его широкую грудь.
-Худенькая какая... маленькая... красавица наша... тростиночка.... красивая пара, красивая, - Люба смотрела на молодых ласково, - берегите друг друга, любите друг друга. Миша, дай мне гитару... надо же хоть что-то подарить... подарю я вам песню... так она мне нравится... «Судьбу свою пройдя до середины, берусь сказать немного наперед, мы будем жить, мы будем невредимы, одна любовь нас дальше поведет. Вот ведь природа, царственный политик, всего превыше ставит естество, природа знает очень много гитик, одна любовь незнает ничего... Едва таясь, томясь и задыхаясь, скажу ещё, дойдя до полпути, одна она, её дремучий хаос чего-то стоит, Господи прости... Остановлюсь, найдя себе покою, детей своих увижу вдалеке, да и прижмусь холодною щекою к её сухой горячечной руке...»
Усевшись рядышком и обнявшись, Аня с Антоном слушали.
- Любочка, спасибо, это настоящий подарок, - тихо сказала Аня.
Молодая женщина всех просто покорила и песней и исполнением, а Миша вдруг понял одну очень важную для себя вещь...
- Так, лопаем и танцевать! - обьявила Люба. - Гриша, Олег, угощайте своими рябчиками...
- Та ні, не тільки ми, - улыбнулся юноша, - усі чоловіки допомогали, ловили, приймали участь... Дядя Гриша був за шеф-кухора, в нього так це добре виходить...
- Потому, что люблю, грешник, покушать... и угощать очень люблю... мне всё соседи говорили: «Ты, Гриша, часом не грузин?» На праздниках у нас весь дом гулял... в своё время... весело было... пели, танцевали... столы ломились... все сносили у кого что было... молодые... Что-то я в воспоминания ударился, это вы, Антон и Аннушка, навеяли на меня... Горько! Горько!
Влюбленные чинно встали. Поцеловались.
- А я уже наелась! - провозгласила Вероника. - Тетя Люба, а вы поможете моей куколке свадебное платье пошить?
- И фату сделаем! Поешь еще рыбки, вку-у-сная...
- Немножко, совсем немножко.
...Все было как и полагается на свадьбах: ели, плясали, смеялись, шутили, вспоминали, кричали: «Горько!», играли в игры, какие смогли вспомнить. Потом, немного утомившись, стали петь.
Гриша спел песню «Колокола».
- Ну, что же ты сегодня не пришла, а я так ждал, надеялся и верил, что зазвонят опять колокола и ты войдешь в распахнутые двери, да, ты войдешь, перчатки снимешь у дверей, небрежно бросишь их на подоконник, я так замерзла скажешь обогрей меня протянешь мне озябшие ладони, - потом вспомнил похожую - «Пропажа», и неожиданно для себя узнал, что это песня Александра Вертинского. - А я думал народная... ну, в смысле, кто-то её конечно придумал, но потом она пошла в народ, и автор остался неизвестен... как много песен... вот « Иволга» например, так мне нравится, а кто её написал? «Помню, помню, мальчик я босой, в лодке колыхался над волнами, девушка с распущенной косой мои губы трогала губами... иволга поет над родником, иволга в малиннике тоскует, отчего родился босяком, кто и как мне это растолкует... ветви я к груди своей прижму, расскажу про юность и удачу, иволгу с малинника спугну, расмеюсь от счастья и заплачу...»
-Хорошие песни... Интересная судьба, необычная, была у Вертинского... - Миша увлеченно рассказывая, тронул струны. - «Я люблю Вас, моя сероглазочка, золотая ошибка моя, вы вечерняя жуткая сказочка, вы цветок на картине Гояй, я люблю Ваши пальцы старинные католических строгих мадонн, Ваши волосы сказочно длинные, и надменно ленивый поклон...» Это тоже его песня.
Потом гитару взял Майкл и спел какую-то забавную песню на английском языке, а после неё - романс. И Антон снова пригласил свою невесту на танец, надеясь как-нибудь незаметно улизнуть.
Майкл запел В. Высоцкого, «Лирическую».
- Всё равно я отсюда тебя заберу во дворец, где играют свирели... Твой мир колдунами на тысячу лет укрыт от меня и от света и думаешь ты, что прекраснее нет, чем лес заколдованный этот... все равно я отсюда тебя заберу в светлый терем с балконом на море... когда я тебя на руках унесу туда, где найти невозможно... украду, если кража тебе по душе, зря ли я столько сил разбазарил, соглашайся хотя бы на рай в шалаше, если терем с дворцом кто-то занял...