дками ниспадало до пят. - Ты как будто с картины... в Эрмитаже... моя знакомая НЕЗНАКОМКА... ...Вероника пристроила поднос на столе. - Сколько вкуснятины... Джимми, ты что будешь? Бутерброд с колбаской или корзиночку с салатом... или может пиро-о-ожное... Малыш перестал заниматься туфлями,(он дергал ногой пытаясь сбросить неудобную обувь) и подбежал к сестричке. - Почему ты плачешь? - срывающимся шепотом спросил Миша, подойдя к невесте. Люба улыбнулась и вытерла слезы рукой в элегантной перчатке, улыбаясь, рассмотрела свои руки и протянула жениху. Мужчина сжал их своими сильными загорелыми руками. - Мне так многое надо тебе сказать... Женщина ответила на взгляд таким же теплым проникновенным взглядом. - Хорошо... только сначала нам надо заняться детьми, а то они объедятся сейчас едой, от которой отвыкли. Мир существовал как бы в нескольких плоскостях. Вокруг было много людей, и в то же время казалось, что они совсем-совсем одни... Их как будто связывала какая-то тайна, и хотя эта тайна была всем известна и называлась она «любовь» и повторялась миллиарды раз, она все равно оставалась тайной, загадкой, которую никому не разгадать... и не надо. « Обыкновенное чудо»... ...- А на мене це що? Що це таке? - восклицал Роман, дергая за полы свой пиджак. - Що тебе не подобається? - засмеялся Денис, довольный, любуясь своим кремовым классическим костюмом. - Це останній піск моди, приталенний піджак синього кольору, я в інтернеті бачив. - Міняємось, я не хочу цей, чуєшь, ти у нас може мрієш бути гламурним, давай... - Та у нас же не однаковий розмір, - дурачился Денис. - Главное, чтобы костюмчик сидел, - улыбнулся Миша. Ребята бегали друг за другом и Денис продолжал дразнить друга. - Пам`ятаєшь, як казав Голохвастов: «Пинжак - это главная хворма, хвормы нету и человека нету». - «О, какой у вас костюм!», - начал цитировать Миша, - «Из заграничного материала. Наверное, дорогой. Сто. Платье ведь первое дело, по платью ж встречают. Верно. Как одел жупан, так уже и пан. А как же. Вот примером бруки, как труба стоять, не так поставь и шо. И шо? Физиономии уже нету. Или вот жилётка, тоже хитрая штука, не тот цвет и уже проиграл, симпатии нету. Что, что? Ну, не тот парад на лице. Пинжак - это главная хворма, хвормы нету и человека нету. А пуговицы какие? Пуговицы немецкие. А материя? Материя шотландская». - «А может, шарлатанская», - захохотал Денис. - «Что с вами говорить. Невежество...», - жених тоже засмеялся. ...Трава под ногами заменилась красивым паркетом. - Не трогай моё платье, у тебя руки липкие! - заверещала Вероника. Джимми насупился, собираясь заплакать. Люба кинулась мирить детей. - Ребята, честное слово, я ничего такого не думал, я вообще ничего не думал... только представил как мы с Любой идем по Дерибасовской... подходим к памятнику Дюку... - Да, я никогда не была в Одессе почему-то... очень хочется, - отозвалась Люба, поливая водой на измазанные шоколадным кремом маленькие ручки. ...Наряд Романа трансформировался в стильный костюм оливкового оттенка. - Ух, ти, - выдохнул Денис, - а давай мінятися! - Оце саме такий я і хотів, - облегченно говорил парень поглаживая дорогую ткань и ныряя во все карманы. Он сделал несколько шагов по паркетной площадке. - Слушайте, какие мальчишки у нас красивые, невесты нужны! - Обережно з бажаннями, мріі збуваються, - сказал Олег. Все это время он любовался девушкой. В нежно-розовом длинном платье Яна стояла как сказочная принцесса. В фиолетовом, почти черном костюме в тонкую еле заметную полосочку, рубашке, галстуке и туфлях, после выгоревшего камуфляжа или босяцких шортов, Олег выглядел так необычно и элегантно, что девушка только молча смотрела на него. Так они и стояли глядя друг на друга без единого слова. - Ну, то що? Підемо пошукаємо наших, та треба починати, їсти хочеться, - сказал Роман. - Кррасавец! - прокомментировал Кирюша новый добротный серо-стальной костюм в тонкую полосочку, появившийся на Николае. - Именно о таком всю жизнь и мечтал, - растерянно сказал мужчина, оглядывая себя. - Очень хорошо вам, - сказала Люба. - Да, дедушка, ты такой красивый, - подхватила Вероника, - и на дедушку совсем не похож! - А на кого? - На жениха! - закричала девочка. - Внуця, внуця... - А что, она права, рано мы с тобой на покой захотели, - сказал пожилой араб, стоя в белом свободном легком костюме. Все эти дни мужчины беседовали, вспоминали прошлое. Фатулло учился в Союзе, хорошо говорил на русском языке и, хоть он был на десяток лет моложе, им было о чем поговорить, что вспомнить. - Женихи не женихи, а жизнь продолжается, и мы им еще нужны, кто расскажет им, молодым и горячим, о жизни, кто поможет, подскажет, поддержит, невозможно же постоянно начинать сначала, надо пользоваться опытом старших... всегда так было, во все времена. - Да, и для этого нам надо быть мудрыми... ответственность, - поддержал товарища учитель истории, - хоть они и не хотят особенно к нам прислушиваться... молодость... и все-таки, когда ребенок учится ходить, его страхуют взрослые, чтобы не было беды.