Пролог.
Ночь наконец закончилась. Золотые стрелы рассвета пронзили мир, новый мир, возвещая о начале новой эры. Тьма пала, Темный Лорд стоял передо мной на коленях, бессильно опустив голову. Безмолвный, угрюмый, ото всей его фигуры буквально кожей чувствовалась сила. Жаль только, что эта сила Тьмы. — Всё кончено, ты проиграл – сказал я, держа меч в его направлении. — Хм... Разве? Да, бой остался за тобой, но война еще не окончена, и говорить о победителе еще рановато, не считаешь? — он вскинул голову, и мы встретились взглядами. Я вздрогнул, увидев бездонную пропасть его черных глаз, и опять почувствовал, как меня затягивает эта бездна. — Война кончена, – резко отрезал я, отводя взгляд. – Твое войско разбито, твоей армии больше не существует. — Нет армии? Ха-ха. Тьма бездонна – я соберу новую. Этот мир обречён. — Тебе не уйти с этого поля живым. Не надейся – такой ошибки я не допущу. — Смерть не властна над тем, кто верен Тьме. — Проверим? – я вскинул клинок. — Нет! Я замер. Руки дрогнули, я опустил меч. Обернулся. Напротив меня стояла Она. По ее лицу текли слезы, а в глазах читалась мольба. — Прошу тебя, не делай этого, – прошептала Кэс. Сотни тысяч раз я представлял себе нашу встречу, но никак не мог предположить, что она произойдет вот так. Все, давно вызубренные слова улетучились в миг, я не знал что сказать. Вокруг ещё что-то происходило: кто-то куда-то бегал, кто-то что-то кричал, но для меня все это вдруг перестало существовать. — Кэс...– только и смог я прошептать. Рука дрогнула, меч выпал из ослабевших пальцев, но, так и не коснувшись земли, исчез. Броня исчезла тоже. Я сделал шаг навстречу Кэс. Такая маленькая, хрупкая на вид и такая сильная внутри. Я не надеялся увидеть ее после того случая, когда... когда... — Прости, прости, прошу тебя. Я не могу так больше жить, — не выдержав, я обнял Кэс. Слова сами сливались во фразы, предложения. В моих глазах были слезы, в сердце буря эмоций. — Что? Нет, прошу не надо извиняться: ты ни в чем не виноват... — Прости меня, я бросил тебя, когда был так нужен, я предал тебя. — Ты ни в чем не повинен, ты должен был так поступить, то был твой прямой долг, — Ксения обняла меня. Такая хрупкая и такая сильная. Здравый смысл кричал о том, что я открыл спину врагу, что позади опасность, что я беззащитен, а мне было плевать — сейчас для меня не существовали ничего, и никого кроме меня, Кэс и этого краткого мгновения. Я вдруг почувствовал, что я Свободен. Впервые за те долгие годы, что я прожил лишь мыслью отомстить Лорду за родителей, друзей и всех безвинно погибших людей, очистить этот мир от Тьмы и ее приспешников. Сейчас все мои мысли были лишь об этой беззащитной девушке, что стоит, прижавшись ко мне, и плачет. — Отойди от него, — прошипел Лорд. — Нет. — Что?! — Отец, послушай, зачем эта война? Остановись пока не поздно. — Поздно, дочь моя, уже слишком поздно. Сверкнул меч, отражая свет солнца. Нового солнца. Солнца новой эры.
Глава 1.
О-о-о, черт, голова трещит, словно после знатной посиделки. Бли-и-ин, чтож так мысли-то путаются?Все тело ноет... Стоп, я что на земле лежу? Да, видать, посиделка была удачной. И ведь говорил же, что мы с алкоголем на разных языках говорим. Нет, блин, заладили: выпускной, выпускной. Тьфу, черт. Да чтоб, я ещё раз послушал их...Их? А кого, их? Голова-а-а. Болит. Я помню, что праздновал что-то, если не изменяет память, то это был выпускной. Помню, что вокруг были люди, но я не помню, кто это был, лица в памяти размываются, все словно в тумане. Логично, что это были одноклассники. Или однокурсники? Может, это был не выпускной? Но это точно был праздник, было весело. Так весело, что до сих пор отхожу.Голова разболелась сильнее, и я был вынужден прервать свои размышления. Я просто лежал на земле и старался не думать ни о чем, чтобы не разбудить эту боль.Когда немного полегчало, я открыл глаза. Была ночь. Я был в лесу. По крайней мере, меня окружали деревья, своими кронами уходившие в черную пустоту неба.Когда я вновь попытался что-либо вспомнить, попросту наткнулся на стену. В моей памяти одна большая дыра. Такая же темная, как и это глубокое небо. Только какие-то расплывчатые, туманные образы.Я попытался пошевелиться. Мне это удалось. Руки будто ватой набили, но они слушалась. С ногами то же. Шорох от моих движений донесся, словно издалека. Слух возвращался медленней зрения.Я закрыл глаза. В голове была пустота. Вокруг было тихо, и эта тишина била по ушам сильнее любого шума. Тело, начиная приобретать чувствительность, становилось все тяжелее, и, не смотря на то, что я только очнулся, я почувствовал жуткую усталость. Спустя какое то время я уснул.Когда я проснулся, все тело ныло. Я пошевелил руками, ногами. На этот раз они слушались безотказно. Слух вернулся тоже: шорох слышался четко, да и не только шорох. Со зрением тож вроде в порядке: сквозь сомкнутые веки меня слепил свет, вспоминая прошлое своё пробуждение, осмелюсь предположить, что это солнечный свет. Я оперся на руки, приподнялся, и, облокотившись на ствол дерева сел. Осторожно прикрывая глаза руками, я поднял веки. Солнце светило во всю свою силу. Жизнь вокруг бурлила и кипела.Так я просидел довольно долго, любуясь красотой окружающей меня природы, пением птиц, хрустом веток, на которые наступают неосторожные животные, ощущением себя. Я слышал, видел, чувствовал — что может быть прекрасней этого?Вдруг, все это спало как наваждение: краски потеряли свой цвет, звуки приглушились. В удивлении я стал оглядываться. Ничего не изменилось, но при этом… Какой-то резкий звук, заставил меня прервать свои рассуждения и напрячься. Зловещее предчувствие натянули мои нервы как струну. Некоторое время ничего не происходило. Я вновь начал поворачивать голову, весь отдавшись в слух. Вдруг звук повторился. Я стал вслушиваться в ту сторону. Насколько долгих секунд ничего не происходило. И вновь этот звук. На этот раз мне удалось разобрать, что это шорох. Шорох мягко ступающей лапы. Я ещё сильнее стал вслушиваться. Шаги повторялись с одинаковым интервалом времени. И с каждым шагом у меня вдруг перед глазами появлялись картинки. Это трудно объяснить, при том, что я и сам ничего не понимаю, но я точно знал на каком расстоянии от меня зверь, его вес, размер, силу. Чем ближе был зверь, тем отчётливей я его слышал — его дыхание, мягкую поступь, игру ветра в его шерсти. Шагах в пятнадцати от меня, прижимаясь к земле, крался волк... Волк. Как только до меня дошел смысл этой фразы, меня начала душить паника.Минуты сравнялись с часами ожидания, я сидел, не в силах пошевелиться, не смея, кажется, даже дышать. А зверь все приближался, прижимаясь к земле. Вот он, наконец, приблизился ко мне на расстояние прыжка. Я чувствовал как напряглись его мышцы, почти видел этот оскал, совсем скоро эти клыки войдут в мою плоть, наполняя пасть свежей горячей кровью. А ведь я и пожить не успел. Только-только окончил выпускной класс...Прыжок. Что?! Уходить? Смерть? Что со мной? Я не готов. Я ещё хочу пожить, я ещё молод и полон сил, энергии, стремлений.Глухой утробный рык, шелест ветра в шерсти. А потом как-то резко возникла морда зверя.Нет. Я так просто не сдамся. Я сделал рывок в сторону. В газах все потемнело. Сознание начал заполнять густой туман. Нет. Не сдамся... Я не сдамся...Тьма окутала меня тишиной и спокойствием. Но перед полным погружением, у меня как-то сама собой всплыла мысль, что стена, отгородившая память от моего сознания, все же не сплошная.Я мысленно улыбнулся этому факту и отключился.Очнулся я от лёгкого покачивания. Голова кружилась, тошнило. Что произошло? Помню только, злобно ощеренную пасть зверя и эти глаза: черные, словно сама Тьма, с красными, как горящие угли, радужками... Неужели это он тащит меня как добычу? Почему я ещё жив?Нет, эту версию откидываем сразу. Во-первых, я все ещё жив, вряд ли зверь допустил бы такое, во-вторых, не думаю что волк, даже такой необычайно огромный, смог бы взвалить меня на себя, да и смог бы — не стал. Ну а в-третьих, я себя, конечно, и чувствую паршиво, но каких-либо рваных ран, не ощущаю.Так, что же произошло?Господи, меня сейчас вырвет. Я хотел поднести руку ко рту, но не смог, меня вырвало. Сознание помутилось. Вроде я слышал чье-то ругательство, но подумать об этом не успел.***— О, это прекрасный мир! Почти всю его территорию покрывает природа, не то, что здесь, где ее практически не осталось. Леса, где деревья могут сравниться по высоте с современными высотками, цветы невообразимых расцветок, горы которые подпирают небесный свод. — А ты был там, отец?— Именно там я встретил твою маму?— А почему вы ушли оттуда?— Того потребовали обстоятельства.— А мы сможем вернуться туда?— Придет время, и обязательно вернемся туда, ведь там наш дом.— Правда, а как?— Я обязательно расскажу об этом, но сейчас засыпай, давай.***Что со мной? Почему ноет мое тело? Где я? И кто я? Почему, пытаясь что-то вспомнить, я натыкаюсь на глухую стену темноты?Я открыл глаза в надежде, что смогу понять, где я или вспомнить что-то. Нет. Безрезультатно. Этот потолок, теряющийся в полумраке, не сказал мне ровным счётом ничего. Что же это? Некоторое время я лежал, уставившись пустым взглядом в серые, потрескавшиеся от старости, доски потолка, и пытался вспомнить что-либо о себе и своей жизни. Но так ничего и не вспомнил. Вскоре мне надоел этот вид, и я решил осмотреться. Слева от меня бревенчатая стена, чтобы увидеть ее, м