— Кто здесь? — и отчего мой голос утратил уверенность, в принципе, у меня его и не было, но так он не дрожал. Хватит паниковать, это очередной эльф, которому взбрело в голову полакомиться за чужой счет. Вот и все. Но я выпала в аут, когда чья-то широкая рука накрыла мою с ножом, и убрала острый предмет. Сейчас всадит, сейчас точно всадит мне в горло или куда-нибудь еще.
— А кем бы ты хотела, чтобы я был? — либо я сбрендила, либо мне сейчас в ухо шепчет Келегорм.
— Ты совсем прифигел? — я хотела развернуться, и стукнуть негодника, что посмел вплотную приблизиться ко мне сзади. Мой план по поводу того, что бы я была с ним милой, сразу позабылся, а сомнений в том, что этот эльф был Келегормом не было. Но сделать продуманное мне не удалось, он сильней притянул меня к себе, прижимая к полкам.
— Молчи, мне не нравятся твои грубости.
— А мне твои, отпусти.
— Что ты делаешь тут?
— Выполняю поручение.
— Чье же?
— Я не знаю его имени.
— Не проблема, покажешь.
— Что ты пристал?
— Нельзя?
Свыкнуться с темнотой мне удалось быстро, как ни странно, но сей факт не прибавлял уверенности в мою пошатнувшуюся нервную систему. Может мне следует закричать или забрыкаться, но нет. Стою памятником, и что самое интересное, сердце бьется ровно, не выказывая никаких признаков, что ему страшно. Это адреналин всему виной, что, решила, что я сегодня убегу, так теперь и страх решил убежать?
— Можно, почему бы и нет, только как вы после этого будете себя чувствовать? Совесть не замучает? Что бы вы, да прикоснулись к такой как я, эх, вы, уважаемый лорд Келегорм, и вам не стыдно?
— Ты узнала меня? Мне это льстит.
— Ты хрипишь мне в ухо, отвали.
— Мне так хочется тебя придушить. Стукнуть бы сейчас тебя за то, что смеешь говорить со мной в таком тоне. Что вообще со мной говоришь, что держишь меня за руку, что стоишь так близко ко мне. Как же я хочу тебя придушить, — о, опять! Начали. Мы же мирно жили и общались до этого, до того, как он снова показал свою сущность, показал, что на самом деле он тут главный, а я всего лишь грязь, с которой он, непонятно по какой причине, говорит. Нет, я конечно, все понимаю, что я всего лишь пленница, но, блин. Обидно. Немного. Ладно, кого я обманываю, вовсе не обидно, я просто хочу, чтобы весь этот спектакль закончился побыстрей, чтобы я смогла, наконец, осуществить свой не очень идеальный план. Вот стоило ему именно сейчас засунуть свой нос в кладовую, хотя я ни разу его не здесь видела. Как мне показалось, господин, будь он неладен, отчего-то ожидал моего ответа, но когда я молчала продолжительное время, эльф развернул меня к себе, всматриваясь в мои глаза. Не понимаю и даже не могу представить что ему там захотелось увидеть и что он смог увидеть, но он лишь усмехнулся — по звуку именно было похоже на усмешку, повернулся и ушел. Странный эльф.
В комнате я смогла уже все разложить по полочкам, точнее, положить в небольшой плед, завернув его, может и не будет удобно его тащить, но рюкзака у меня не было. Повозиться мне пришлось и со штанами, но был один плюс — они достаточно длинные, чтобы моя ноги полностью скрылись в них. Когда с приготовлениями было закончено, я немного задержалась в своей комнате, осматривая ее, словно бы прощаясь с ней. Я улыбнулась и закрыла за собой дверь.
Даже не знаю, как мне беспрепятственно удалось выйти за стену, на меня словно никто и не обращал внимания. Всем было слишком лень, всех разморила погода. Спуститься вниз, к местами замершей реке, тоже было не проблемой, но вот передо мной встал выбор куда идти, либо направо, либо налево. Если я пойду налево, то буду ходить бесконечно по полю, по холмам и открытому пространству, если же выберу другую сторону, то есть возможность скрыться в лесу, тем более, что за лесом были горы. Туда-то и пойду. Хоть и боюсь ужасно, но что поделать, что поделать?! Ходить по выпавшему снегу было тем еще испытанием, моя задача усложнялась еще и по причине, что снег не хотел останавливаться, он забивался в глаза, нос, рот, забивался всюду, куда мог, а я никак не могла укрыться от него. Щек и рук я уже не чувствовала, когда вошла в лес, но тогда я отчего-то спокойно выдохнула, словно с моих плеч слетел небывалый груз, что был всегда со мной в замке. Я смогла свободно вздохнуть и улыбнулась, наверное, у меня от радости снесло крышу, и я закружилась. Но правильно говорят, что не нужно заранее радоваться, даже если и победа кажется очевидной. Стоило мне прекратить крутиться и опустить свой взор с неба на землю, как меня буквально ударило током, пронзило где-то в груди, оставляя свой холодный поцелуй. Я попятилась, мотая головой, отгоняя неприятное видение, которое и вовсе не было видением.
— Нет, пожалуйста, нет, — я повернулась и побежала, плевать, что они меня нагонят в скором времени, плевать, что от слез я не вижу куда бегу. Мне на все наплевать. Я не вернусь обратно в замок, не вернуть к этим чудовищам. Моя рука чуть ли не вывихнулась, когда меня схватили, и резко развернули к себе.
— Так кому же ты все-таки несешь провизию, а? — усмехнулся Келегорм, а я могла лишь плакать. — Своему повелителю? Я тебя спрашиваю, тварь. Отвечай.
— Никому, все это мне, мне одной. Оставьте меня в покое, я не хочу здесь оставаться, не хочу свою жизнь прожить у вас, я хочу домой, разве вы не можете понять, черствые создания. Я хочу увидеть мать, родных, свой дом. Зачем вы меня здесь держите? Мне надоело, что ко мне относятся как к отбросу, мне надоело, мне все это надоело.
— Отпусти ее, Келегорм.
— Что?
— Пусть уходит.
— Ты рехнулся, братец. Я ее никуда не отпущу.
— Оставь ее, в лесу она точно и дня не проживет, — Куруфин бросил этими словами мне в лицо, подтверждая все то, что я говорила. Он повернулся, вскочил на лошадь и был таков. Если бы я была дома, со мной бы так не обращались, если бы я была в своем родном городе, на этих эльфов бы подали в полицию за то, что смели обращаться ко мне как к рабу, за то, что вообще похитили меня и заковали в кандалы. Келегорм был непроницаемым, его ухмылка исчезла, смотрел он ровно и без единой эмоции, но смотрел прямо на меня. Я не поняла, что случилось или не хотела принимать произошедшего, но эльф вдруг стер мои слезы, немного удерживая свою ладонь на моей щеке, затем накинул на меня свой плащ, и тоже скрылся вслед за своим братом.
А я стояла в лесу, стояла, и впервые в жизни не хотела, чтобы они меня оставили.
========== Глава VIII ==========
Мне не удалось к вечеру выйти хотя бы к одному поселению, либо просто выйти из леса. Картина, что изначально мне казалась близкой, на самом деле, оказалась очень далекой и почти недосягаемой: горы непонятно куда делись, да и река больше не пыталась докричаться до меня сквозь толщу льда. С не знаю какой стороны задували холодные, дикие ветра, и, знаете, что я вам скажу, чушь собачью пишут о том, что согревает не вещь, а слово… накинутый на меня Келегормом плащ, по всем канонам, должен был отогреть меня, но он давил своим непомерным грузом. Словно я на себе тащила то бедное животное, из чего был и сделан, собственно, плащ. Кстати, о животных. Странно, что до сих пор на моем пути никто не встретился, смутно припоминаю, что уже имела такой опыт, видно, он был положительным, иначе я бы сейчас не пробиралась сквозь метровый снег.
Можно я еще раз скажу?! Дура дурой! И как я могла подумать, что здешние власти позаботятся о том, чтобы расчистить дорогу? Ничего подобного! Самое смешное, что я даже не подумала о ночлеге, не говоря уже о том, как буду отогреваться, чем разведу огонь. Бензина нет, спичек нет, и нет, главное, дров. Ох, молодец, прям получай дарвиновскую премию, чувствую, что до нее уже и не так далеко. Правда, если и так продолжится, я эту премию точно не смогу получить.
Вечер уже наступал на пятки, да что там наступал, он уже конкретно прошелся по мне танком. Если выберусь, напишу книгу о том, как все писатели и сценаристы или кто там, обманывают людей, говоря, что приключения — это самое то, вещь, без которой ваша жизнь не заиграет всеми красками. Хера с два!