Pov Фингона
— Я видел сон.
— Расскажи мне о нем, — Кано отложил свою книгу, полностью переключая свое внимание на меня, от этого стало не легче. Я доверял Кано, какие бы ситуации не случались и какая бы пропасть не пролегла меж нашими семьями, но сейчас мне вовсе не хотелось делиться с ним, я всего лишь по привычке, которая приелась еще со времен Валинора, пришел в его комнату в поисках успокоения в его словах и взоре, я всегда его находил. Я присел напротив Кано, поднял его книгу и стал рассматривать, опять читает про сотворение Эа, что же он там каждый раз находит.
— Не собираешься делиться?
— Собираюсь.
— Что тебя гложет, Фингон? — Кано улыбнулся, на миг заставляя меня вернуться в далекое и беззаботное детство, я не мог не улыбнуться и не взять его руки, заключая в свои ладони.
— Мой брат одну зиму назад прислал Эктелиона ко мне с вестью, точнее, со своим видением, — я промолчал, думая, что он скажет про закрытое королевство, но он лишь кивнул головой, намекая мне продолжить начатое. Тургон бы меня уже несколько раз перебил, все же я по нему скучаю. — Ему виделось разрушение и смерть, эти видения его сильно напугали, что он даже решил предпринять попытку меня предупредить. Однако в его письме не было ничего конкретного, и никогда Тургон не славился своим даром предвидения.
Слова давались мне с трудом, впервые я не мог подобрать нужного, сказать так, чтобы Кано меня понял, понял и не осудил. Я сильно желаю с ним поделиться, и даже будь сейчас Тургон рядом, я бы все равно пошел к старшему брату, он поймет, он должен понять. Кано невесомо коснулся моего лба, провел рукой по щеке, заправив за ухо выбившуюся прядь, я знал, что он делает — таким образом эльф меня успокаивал, подбадривал, но сейчас его приемы не работали, я так разволновался, что не мог взять себя в руки.
— Не спеши.
— Недавно мне тоже было видение или же сон, не могу разобрать. В нем я видел все слова Тургона, но сейчас они были более яркими и живыми, и в середине хаоса, в середине всех смертей и горестей стояла женщина. Девушка.
— Она была тебе знакома?
— Нет. То есть да.
— Расскажи.
— В то же время, что Эктелион прибыл к нам, его отряд нашел девушку. Странную девушку, изначально я ее принял за шпиона Врага, велев проследить за ней. Да, я ее отпустил, — ответил я, когда увидел недоверчивый взгляд брата. — Я даже отцу не сказал, а сейчас не знаю что с ней, до меня дошло письмо, что она направляется к Финроду, писал Эктелион, но после о ней ничего не было слышно. И к Финорду никто не приехал, я не могу узнать ее судьбу и судьбу эльфов, что были с ней. Они, как я слышал, вернулись в Гондолин. Но Тургон бы не пустил человека в свое королевство.
— Кто эта девушка?
— Я не смог пробраться сквозь ее защиту, но тогда я все равно не видел в ней врага.
— Тебя это беспокоит?
— Да.
— Почему?
— Я чувствую за собой вину, что не проследил за ней, что не довел дело до конца, что не рассказал отцу. И теперь страшусь, что из-за меня, многие погибнут.
— Не бери на себя груз грядущего. О своих видениях тебе лучше поведать Майтимо или же дождаться Куруфина, однако что-то мне подсказывает, что ты не хочешь связываться ни с одним, ни с другим.
— Именно так. Я не могу вывалить на Майтимо груз своего бремени, а Куруфину не могу довериться, ты уж прости.
— Если хочешь разобраться в себе и в видениях, тебе лучше забыть о былом, и дать себе помочь. Я не смогу тебе помочь.
— Когда приедет Куруфин? — буркнул я, на что Кано рассмеялся, потрепав меня по щеке.
— Каким ребенком был, таким и остался. Он явится либо сегодняшней ночью, либо завтрашним утром.
Среди своих же соплеменников я все же чувствовал себя некомфортно, поход нас всех сильно изменил, и я бы даже сказал, что выказал на свет затаенные обиды, настоящий облик нолдор. Но в землях Маглора мне на время удавалось забыть обо всем, он хороший повелитель, и таких эльфов он и хочет у себя видеть. Никто не навязывался, никто не смотрел затравленно, как было в Хитлуме, или наоборот, с жалостью в глазах, меня даже не замечали, либо относились ко мне как к равному. Я даже уже и не беспокоился о поводе, что собрало всех нас здесь, Маэдрос позвал всех собраться, не знаю сколько откликнется, но уже сейчас замок был переполнен. Больше всего я не хотел встречаться с темной троицей, никто, думаю, с ними бы не хотел встретиться, но здесь был Майтимо, хоть он и еще Кано немного могут остудить их. Да, приедут многие, и как бы отца не называли Верховным королем Нолдор, для всех Майтимо все же был истинным королем. Мысли плыли в неприятном направлении, заставляя меня думать, что это из-за близости Врага я дал слабину, позволил думать о запретном.
— Как добрался, друг мой?
— Ты меня уже видел и не раз, Нельо.
— Забыл спросить, — Рыжий пожал плечами и улыбнулся, мой взор невольно соскользнул к его правой руке, но она была скрыта в складках плаща. Я слышал, что Куруфин придумал что-то, чтобы скрыть культю, но с тех пор я не встречался с рыжим, а спросить его прямо не решился. Нельо поднял правую руку, демонстрируя не культю, а полноценную руку, правда в перчатке, я опустил взор, Майтимо меня всегда видел насквозь, и как бы я не хотел касаться темы руки, мне не удавалось смириться с этим.
— Прости меня.
— За что ты просишь прощения?
— За все.
— Ты слишком много на себя берешь, друг мой, — он хлопнул меня по плечу, призывая последовать за ним. Обед был скудным, но я не жаловался, мне было легче гостить здесь, странно, но они своим присутствием дарили мне тепло и успокоение, чего я никак не мог найти у своих родственников, может дело заключалось в том, что они старше меня в несколько сот лет? Майтимо усмехнулся, но продолжил есть, ах, я опять позволил читать себя.
— Даже Кано мог тебя слышать.
— Я не позволяю себе лезть в чужие головы, — Кано кинул на меня многозначный взгляд, явно предупреждая, чтобы я молчал о своем видении, и он был прав. Общество старших меня так расслабило, что я напрочь позабыл об осторожности.
— Амбарусса тоже скоро явятся.
— Без Келегорма?
— Без него, он и Морьо приедут вместе.
— Я уже чувствую себя плохо, — я драматично застонал, сильней уткнувшись в тарелку, может по близнецам я и скучал, хотя мы и не были близки, но как бы не храбрился, я боялся встречи с тремя эльфами. Об их свирепости и злобе идут легенды, одна второй страшней, и даже меня они смогли напугать.
— Не бойся, они не едят людей или же эльфов на завтрак, — тихо проговорил Кано.
— Нет, конечно, они закусывают ими только лишь в обед, — засмеялся Нельо.
— Да ну вас!
На мое удивление, я смог здесь уснуть отлично. Как бы не привык, иначе мой народ взбунтуется против меня, что я больше времени провожу здесь, чем в своем королевстве. Но даже в мой сон пришли отголоски видения, моего или же Тургона, я не мог разобраться, однако сейчас я не волновался, я воспринял все как данность, как неизбежное, я принял, и от этого мне стало легче. Видно все это опять влияние Кано, недаром перед сном он давал мне настой трав, забота-заботой, но такими темпами я точно привыкну к хорошему. Я проснулся прежде, чем забрезжил рассвет и не хотел больше уснуть, сидел на кровати и смотрел в окно. Здесь всегда холодно, даже если в комнате горит камин, я встал и растопил камин заново, хотя он не так давно и погас, видно кто-то из рыжей братии снова влез сюда. Кровать потеряла свое тепло за короткое время, что я разводил огонь, и когда это для меня холод стал так важен, я его никогда не чувствовал, затем старался не чувствовать после льдов, но сейчас… Зря я не позволил Гил-Галаду поехать со мной, наверное, ему там скучно, но мне не хотелось, чтобы он оказался под влиянием Первого дома, не знаю отчего, но моего сына к ним тянуло, наверное сильнее, чем меня тянет к Майтимо или же домой. Нет, только не думать о доме, только не здесь, я не могу дать себе возможности расслабиться, тем более после увиденного. Нужно решаться и рассказать все Куруфину, он мне точно поможет, но так просто я не могу открыть перед ним свой разум, и возьмется ли он за меня, он ведь меня и видеть не хочет. С тех пор как его старший брат отдал корону нашему Дому, именно Куруфин сильней всех ненавидел наш и Третий дом.