Девушка дернулась, бормоча что-то несвязное во сне, видно, очередной кошмар, я подошел к ней, укутав сильней и сел рядом. Скоро мы снова отправимся в путь, но почему мне сейчас не хотелось никуда уходить? Я взглянул на небо — прекрасное, нет слов, звезды светят ярче, но они недосягаемые, как и мои надежды о лучшем мире. Может я и завидовал эльфам — они видели ничем не омраченную жизнь, и они увидят новую жизнь, увидят лучший мир, а что мне делать здесь, что делать со временем мне отпущенным? Я не могу жениться в такие темные времена, и быть всегда в страхе, что моя избранница или мои дети окажутся пленниками, что их растерзают. Я не готов был принять этот мир, как и он меня, сделав изгоем, сделав нелюдимым, и я, поддавшись этому черном соблазну, озлобился на него и проклинал. Может я так ищу себе оправдание тому, что я сделал, тому, что я делаю во имя…
— Ты не спишь? — шепнула Анна, немного привстав и пытаясь согнать сон.
— Спи. Скоро выдвигаемся, — она послушно опустилась, но я заметил ее задумчивый взгляд на мне. — Закрой глаза.
— Скажи, а ты любил кого-нибудь?
— Прости?
Девушка снова поднялась, поравнявшись со мной, я уже прикинул, что она сможет вытворить чушь, непонятно что ей могло взбрести в голову, ведь девушка еще не отошла ото сна, но отсаживаться не спешил. Ее взгляд долго блуждал по моему лицу, изучая, запоминая. Странная! Может еще и влюбилась в меня.
— Анна, слушай, путь был не близок, но скоро мы доберемся до поселения, тогда ты и отдохнешь. От усталости у тебя язык более не привязан к мозгу.
— Почему ты постоянно грубишь?
— А почему ты себя так странно ведешь? Что это за вопрос? Зачем тебе знать, любил ли я когда-либо или нет! Какая тебе разница, какое твое дело?
— Ты прав, никакого, — она отвернулась и улеглась, говорил-то я может и правду, но от сказанного мне не стало лучше. Девушка не уснула, и когда мы выехали, не произнесла более ни слова. Почему-то я считал себя виноватым, но абсолютно не было никакого желания заглаживать вину. Возникло явное осознание и желание того, что я должен оставить ее в поселке, чтобы наши пути больше никогда не пересеклись. Так лучше. Так легче и правильней. Я уже свой путь выбрал, и каким бы он ни был, я буду следовать ему, не желая меняться и снова подстраиваться под законы этого мира. Нет. Я сделал правильно. Я делаю правильно.
POV Анны
Дышать было трудно, от осевшего запаха гари и гнили хотелось хорошенько прокашляться, прочистить горло, но я сильней укуталась в ворот плаща, пытаясь дышать через раз. Мэт выглядел обеспокоенным, но увидев, что я на него смотрю, вернул себе обычное выражение лица. Он боится проявлять хоть какие-то эмоции при посторонних? Хм… В памяти всплыла вчерашняя ночь, думаю, окрасившая мое лицо в красный цвет. И что на меня тогда нашло? Мало ли, что мне приснилось, мало ли, что я хотела узнать то, как это чувствуется, когда любишь. Именно тогда, когда мои сны не покидал эльф. Я думала, что к Келегорму у меня есть чувства, но тогда почему другой мучил меня каждую ночь? Хотелось знать каково это — когда любишь в Средиземье, когда любишь плод чужой фантазии. Я была неправа и повела себя некорректно, но я была почти сонной и мои слова ничем не контролировались, и жалела о заданном вопросе, но сожженная деревня все же смогла вытеснить практически все мои мысли.
— Что здесь произошло?
— Война, — голос Мэта надломился, он прикрыл рот, но не спешил гнать вперед коня.
— И что теперь?
— Помалкивай. Говорить буду я.
— Ты и так малословен, с чего сейчас будешь фонтанировать?
— Тихо! Впереди всадники.
Я всмотрелась вперед, но никаких всадников не увидела, это он так пытается меня заткнуть и не говорить со мной? Не очень и оригинально, хотя, чего я ждала от него? Ничего, абсолютно ничего он мне не мог дать, кроме защиты, а разве этого мало? Наверное, все же да. Как это часто бываем, когда получаем то, чего хотим, спустя время нам это кажется недостаточным и всегда хотим большего, а я обычный человек, который желает, просит и хочет большего. Обычный человек, который не может совладать со своими желаниями, и который безумно хочет сейчас большего, а не только обычную защиту, исходящую от Мэта. Конечно, я хочу, чтобы он обратился ко мне с добрым словом, чтобы назвал меня приторно-сладким или же милым именем, который бы подтверждал, что мы не просто чужие друг-другу люди, чтобы проявил свою ласку и заботу, чтобы не только укутал от опасностей мира, но и позволил быть рядом. Черт, Анна, тебе срочно нужен мужик, а не аки какой, и, тем более, не эльф, а мужик. И пусть это будет даже Мэт. Я кашлянула, скрывая свое смущение, и даже не заметила как рядом с нами оказался небольшой отряд. Во так — погрязла в мыслях, чуть не утонула в их болоте, а теперь, давай, адаптируйся к нагрянувшим изменениям.
— Кто вы, и по какому вопросу прибыли?
— Мы — путники, хотели здесь пополнить припасы, и двинуться дальше, но до нас не дошли вести из сгоревшей деревни.
— Представьтесь.
— Мы с поселения, что у андрамских холмов, держим путь в Митрим. Я — Билл Скорбный, а это — сестра моя — Мэрибелл. Не подскажите ли, где можно заночевать, поездка была долгой и утомительной?
— Странный путь вы выбрали, но я не могу пропустить вас с оружием. Сдайте его.
Я молча смотрела на представление: Мэт искусно врал, но перед нами были эльфы, неужто они нам поверили, или же сейчас нас схватят? Мэт передал им свое оружие, всадники взяли нас в кольцо и повели вперед, что поделать, как-никак, тут была война. Несмотря на ужасную боль в спине, я почему-то не могла проявить слабость перед ними, я и так была слабой долгое время перед глазами лордов, поэтому старалась держать спину прямой. Смотрите, я выше вас, ну, или хотя бы наравне.
Чем ближе мы подбирались, и чем отчетливей проявлялись очертания замка, тем сильней меня окутывало беспокойство. Куда мы все же забрели? Чей это огромный замок, уверена, за его стенами могут поместиться десятки наших селений, а может и больше.
Удивление удивлением, но крепостная стена давила на меня своей мрачностью и безмолвием. Что-то явно было не так. Может такое неприятное ощущение у меня потому, что я три года не видела эльфов и мне сейчас с ними некомфортно, а может просто боялась, что стоит мне ступить на земли крепости, как меня опять закуют в кандалы. Сейчас уже и не верилось, что я смогла тогда выжить и перенести это унижение, сейчас мне казалось, что я больше не переживу, настолько эти воспоминания закрылись и отдалились от меня. А может дело было в том, что один из всадников очень пристально на меня смотрел, слишком внимательно, я инстинктивно приблизилась к Мэту, тот, словно понял мое состояние.
— Не волнуйся, сестренка, скоро отдохнешь.
— Можете поселиться в таверне Бларандира, там хорошо кормят и комнаты приличные.
— Спасибо, воспользуюсь вашим советом.
— Запасы лучше сделать на рынке на нижнем уровне, спросите Этельбур, у нее можно найти много полезного и за разумную цену.
— Я рад, что вы встретились нам по пути.
Тот, который меня разглядывал, вдруг проговорил, что доложит лорду, и поскакал вперед. Мэт немного опешил, посмотрев на меня.
— Доложит лорду земель? Мы же обычные путники.
— Не стоит волноваться, у нас было другое поручение, — улыбнулся эльф, с которым говорил Мэт, последний заметно успокоился, чего нельзя было сказать обо мне.
Тот эльф, представившись Халрондом, услужливо проводил нас до таверны, и хозяин, увидев, что мы с ним, даже немного сбавил цену. Я могла, наконец, хорошенько поесть и вдоволь поспать. Наверное, все же моя тревога была лишней.
Несмотря на то, что осень уже вовсю царствовала в землях и не хотела более дарить своей теплоты, здесь, в комнате было не холодно. Печь была небольшой, но сидя рядом с ней, не чувствовалось абсолютно никакого холода. Я подсела еще ближе, вываливая мокрые волосы вперед, позволив им сохнуть, пока я разглядывала деревянный пол. Еду пока не принесли, но встретившись в коридоре с Мэтом, тот сказал, что вскоре и эта радость меня настигнет. Он не побоялся оставлять меня одну, и это тоже значило, что я в полной безопасности.