Тело вздохнуло от долгой поездки, оно хоть и болело, но вода все же очень целебная вещь. Поздний обед принесли быстро, и запах похлебки разлетелся по комнате, заставляя живот издать непотребный звук и болезненно сжаться — как давно я не ела нормальной еды?
— Тот эльф просил вам передать этот напиток. Дортонионское вино — редкий экземпляр, сейчас на земли Дортониона никто более не ступает, поэтому только одна чаша, но она достаточно крепка, чтобы ударить в голову, — девушка подмигнула мне, и скрылась за дверью, пить я пока не спешила, налегла на еду. Как же быстро я отвыкла от нормальной жизни. В два счета я разделалась с похлебкой, хотелось большего, но не стоит мучить желудок, я взяла бокал и направилась к печи, на ходу поправляя полотенце, переодеваться не хотелось — хотелось… и почему бы хоть раз в жизни не почувствовать себя принцессой или же просто девушкой, у которой все отлично, которая может себе развалиться на стуле, попивая немного кислое, но все же, редкое и, наверное, ценное вино?! Вот почему бы и нет! Печка приятно грела ноги, а треск поленьев был самой красивой музыкой, прямо усладой для моего слуха, так по-домашнему уютно и тепло, прямо как в хижине Келегорма. Приятно осознавать, что после тяжелой работы тебя ждет такой релакс. Я прикрыла глаза, откидываясь назад. Интересно, как там мама? И Лиза? Наверное, мама все же смирилась с моей смертью, найдя опору и поддержку в том докторе. Воспоминания о прошлой жизни заставили меня улыбнуться, безусловно, я скучала по ней, но, ладно, это в прошлом. Мышцы заныли, я попыталась их расслабить, но двигаться совершенно не хотелось, даже тогда, когда я почувствовала холодный воздух, я не пошевелилась.
— Не думал застать тебя в таком виде.
— Мэт, — воскликнула я, но даже не видя его лица, я почему-то была уверена, что это не он. Не зря же беспокоилась, не зря же волновалась, я отшатнулась, натыкаясь на печь.
— Осторожней.
— Что ты тут делаешь?
— Ты имеешь в виду таверну или Химринг — мой замок?
— Мы в твоем замке? — прошептала я, соображая, как поступить дальше, в голову ничего не приходило, кроме как дать деру, и не важно, что эльф стоял аккурат напротив двери. Кто бы мог сомневаться, что такой маневр не удастся провернуть.
— Куда ты бежишь? — и так мягко, словно не он гнал меня отсюда, и не он покушался на мою жизнь. Нельзя. Нет. Нельзя доверять эльфам, как бы они не были к вам добродушны, как бы легко не касались твоей кожи, воссоздавая в сознании тот сон, который преследовал меня, заставлял думать о непотребностях, которые никак не могли быть в моих мыслях, да, может и насчет Келегорма, да, но никак не с его братом. Это извращение, темное, грязное и бездонное.
— От тебя подальше.
— Не считаешь ли ты, что это немного нелогично, что ты приходишь ко мне, а затем бежишь от меня?
— Я не знала, что ты здесь живешь. Почему ты здесь, в моей комнате?
— Узнал, что ты здесь.
— Ты же лорд, ты не должен якшаться со мной и такими как я. Это не бульварный роман для старых дев, где все желания осуществляются.
— Так видеть меня было твоим желанием?
— Я не о том. Ты всех приезжающих приветствуешь сам лично?
— Нет.
— Вот и я о том. Пожалуйста, лорд Маэдрос, оставьте меня.
— Ты мне снилась, — словно оплеуха, словно он влил раскаленную жидкость в мое горло, сжигая мои внутренности и сжигая все относительно нормальное, что еще осталось во мне. Маэдрос, видно решив, что я никуда не денусь, присел на место, где я сидела ранее и выпил вино, что еще плескалось на дне кубка. Поморщился, затем подкинул дрова в печь и посмотрел на меня.
— Оденься. Ты замерзнешь.
— Лорд Маэдрос, что вам от меня нужно?
— Я видел тебя во сне, пришел проверить кое-что.
— Что вам проверять?
— Присядь, — может в их словах заключена мощь, какая-то магия, что я безропотно исполнила его приказ, оказавшись к нему спиной. Наступила тишина, гнетущая, противная, напряженная, тишина, от которой хочется бежать, скрыться, закрыть глаза и уши, лишь бы не сойти с ума. Хотелось повернуться, убедиться, что это не очередной плод моего воображения, который нарисовало и подкинуло мне выпитое пойло. Хотелось, но я продолжала сидеть и медленно краснеть из-за своего сбивчивого дыхания, который явно не походил на то, что мне на самом деле страшно. Сердце стучало через раз, но звук его мог бы быть услышан любым, кто бы прошелся возле моей двери. Стоило мне немного сглотнуть, поправить полотенце и попытаться повернуться, как я оказалась погребенной, убитой и сотни раз воскресшей от невиданных и ранее незнакомых мне эмоций.
— Не трогай меня.
— Во сне было иначе, — Маэдрос провел рукой по моей шее, сжимая, не давая высвободиться, да я и не старалась, зачарованная тем, что происходит, я боролась только с тем, чтобы мой разум не покинул меня. Попытки были никчемны, но мне ничего более не оставалось.
— Пожалуйста, не надо. Пожалуйста, — шепнула я.
— Ты долгое время была в дороге, у тебя все тело напряжено. Расслабься.
— Это из-за тебя я напряжена.
— Почему?
— Ты издеваешься надо мной?
— Нет.
— Мы не виделись три года, и даже тогда мы друг друга знали не очень хорошо, чтобы сейчас говорить о подобных темах, а тем более, — я замешкалась, думая о том, смею ли я убирать его руку и хочу ли я этого? — Касаться так.
— Ты права, но это не мешает мне сделать следующее, — последнее он прошептал и его губы коснулись моего плеча.
Маэдрос был прав, что сне было все иначе, во сне все было идеально, но сейчас я не могла понять и принять того, что именно произошло. На его губах был яд, что заставил меня замереть, этот яд меня обезвредил настолько, что и мое сердце перестало биться. Эльф не отнимал ни своей руки, ни своего лица, он медленно вдыхал и выдыхал воздух, щекоча мне ухо, от чего мое дыхание становилось еще более тяжелым, а охватившее мое тело дрожь уже более неконтролируемым. Разве такое возможно? Видимо да, иначе как объяснить происходящее. Так! Подождите-ка!
— Ты видел этот сон? Ты видел тот же сон, что и я?
— Уже не интересно, — эльф еще раз мазнул губами по плечу и вышел, я же кинулась за ним вслед, зовя его по имени, но эльфа и след простыл. Неужели и это все мне тоже приснилось? Но мои подозрения улетучились, прилетел Мэт, буквально врезаясь в меня, и заталкивая в комнату.
Я не понимала, не хотела слышать о том, что он говорил — все его слова доносились до меня, словно я была под толщей воды, взгляд не мог сфокусироваться, а внутренности горели, нет, точнее, уже расплавились под действиями эльфа, если он, конечно же, был здесь.
— Отвечай, Анна, он был здесь, да, тот — Однорукий призрак? Чего он хотел от тебя?
— Что? — непонятный вопрос, адресованный тому, кто только что залепил мне пощечину, признаюсь, помогло, я медленно выныривала из непонятно какого состояния.
— Ты все еще под его чарами? Анна, отвечай.
— Что мне ответить?
— Кто ты такая, что лорд лично посетил тебя?
— Я? Кто я? Обычная девушка, — тихо произнесла я, кончиками пальцев дотрагиваясь до места, где вечность назад были его губы, я убрала руку, боясь, что сотру воспоминания, боясь осквернить место, куда он прикасался.
Мэт был зол. Настолько, что выхватил кинжал, прижав к моему горлу, смысл сделанного до меня дошел не сразу, а как дошел, вся эйфория растворилась, образуя пустоту, которая не преминула воспользоваться случаем заполниться страхом и обидой.
— Что ты делаешь?
— Отвечай, кто ты, иначе я тебя зарежу.
— Мэт, — я попыталась отнять его руку, не может же быть, чтобы этот человек так сильно изменился, и так сильно жаждал причинить мне вред, хотя и его горящие глаза доказывали обратное, и сила, с которой он сжимал клинок, должны были переубедить меня, но я не могла так быстро стереть уже сформированную картину этого мужчины. — Пожалуйста, остановись.
— Я предупредил, — Мэт сильнее нажал на клинок, шея загорелась невиданной болью, а голова заполнилась запахам железа.