– Колумбов.
– Да, колумбов. Наивные туристы, на все твёрдые планеты подряд опускались, гербарий собирали. Как раз сезон охоты начался, они на королевский выезд и наткнулись. Нет бы прятаться – так наоборот, вылезли голографировать. Ну им минут десять форы дали, чтобы интересней было, а уже вечером его Поссешство отдыхал на новой перьевой подушке...
– Достаточно, – глухо сказал Рой.
– Да это и все, кого помню. Сюда мало кто летает по своей воле и ещё меньше задерживается. Но уж если попался местным – живым не выпустят. Никогда.
Дальше разговор не клеился. Вскоре Кутх спохватился, что обед заканчивается, и проводил Роя обратно в зал, где уже толпились компаньоны и питомцы в ожидании хозяев. Напоследок корвин посоветовал обдумать его слова, нахохлился и пошёл задирать собравшихся. Рой забился в угол, не желая ни с кем разговаривать. К счастью, всё внимание отвлёк ворон, про дракона не вспоминали. Вскоре появился Глазавид и утащил Роя в сад, где отыскал посса, напоминающего корявую ветку дуба, и они долго спорили о каких-то процентах. Драконианец переминался неподалёку и рассматривал мелкие голубые цветочки на ближайшем кусте, все с пятью лепестками, но нашёлся один с семью и Рой решил, что это на счастье.
При прощании на парадном крыльце Изисад задумчиво пожевал губами, глядя на Роя. Драконианец наклонил голову ниже и попытался спрятаться за барона.
– Мне показалось, ваш питомец сегодня недостаточно радовался шуткам моего любимца, – заявил граф.
– Мне искренне жаль, если вас это расстроило, – покаянно вздохнул Глазавид. – Он просто оробел перед вами и таким изысканным обществом.
– Что робеет, это хорошо. Правильно. Но должен и радоваться, когда я хочу. Объясните ему это дома, так, слегка, плетей двадцать.
– Непременно проведу воспитательную беседу! И от себя ещё десяток накину, – метнул барон сердитый взгляд на Роя.
– Это можно. – Граф резко отвернулся к следующей паре, не то что не ответив – даже не взглянув на прощальный поклон. Глазавид ухватил Роя за ошейник, заставив согнуться, и поволок за собой, всю дорогу до ворот шипя «я тебе устрою» погромче и «терпи» еле слышно, а в экипаже кинул на пол. Только когда имение скрылось за поворотом, барон убрал ногу с плеч драконианца, махнул на сиденье и полез за фляжкой.
– Зачем вы вообще соглашаетесь к нему ездить? – спросил Рой. Он приподнялся, но остался на полу, после такого дня всё равно, где сидеть.
– Ради пользы дела раз в полгода можно и съездить, – ответил Глазавид и ещё приложился к настойке.
– Какого дела?
– У нас хорошие контракты на поставку пуха и песка для фабрик графа, а сегодня ещё почти договорились о совместных лесозаготовках.
– Мне кажется, никакой бизнес не стоит таких унижений.
– Тебе кажется. И почему унижений, это же не купец какой беспородный, а древнее и уважаемое семейство, они имеют право на небольшие слабости, нам следует проявлять терпение, – без тени иронии наставительно сказал Глазавид.
– Остановите эту планету, я сойду, – пробормотал Рой.
– Куда ты собрался? – не понял барон. – Сейчас мы едем домой, уже поздно для прогулок. И не заслужил.
Рой вспомнил тюрьму и Употжа с его неизменным: «Прогулка? Не сегодня», и посмотрел на мелькающие за окном вертикальными решётками парные стволы соосен. Лес стискивал узкую дорогу и до деревьев, казалось, можно рукой достать.
– Было лишним меня ещё и демонстративно топтать, – заметил он. – Чем больше вы таким графам подыгрываете, тем больше они теряют совесть. Лучше бы объяснили, что к гостям нужно относиться уважительно.
– Что ты несёшь? Никто не имеет права указывать графу, как себя вести. То, что я пока делаю скидку на твою нездешность, не повод распускаться и болтать глупости. И так сегодня чуть меня не опозорил. Придётся всё-таки с тобой серьёзно побеседовать, тем более что я обещал графу.
– Вы что, правда собираетесь меня бить?
– Дома решу, – сухо ответил Глазавид.
Рой опустил подбородок на сиденье и закрыл глаза. Через некоторое время по его щеке скатилась слезинка. Барон покосился, проворчал «ладно, на первый раз прощу, но впредь будь осторожнее» и пустился наставительно рассуждать, что только поначалу непривычно, но со временем дракон побольше узнает и поймёт, что все сложившиеся правила не просто естественный, а лучший порядок вещей. Рой сидел неподвижно, почти не слушал, а перед глазами у него стояли два белых колумба, которых рвут на части озверевшие поссы.