Когда до существа оставалось пятьсот метров, легкие начало обжигать огнем, а кожа начала гореть от жара.
«Мы вообще сможем к нему подойти?» – задала я себе мысленный вопрос, так как в слух говорить было страшно и опасно.
Продолжая двигаться в перед, я чувствовала, как ноги обжигают раскаленный камни, как кожа, начинает постепенно краснеть, губы пересыхают, и появляется дикая жажда. Хотелось развернуться и броситься к началу моста, где было существенно прохладнее, чем здесь.
Наконец, мы достигли туши. Первым остановился Кай, так как он шел впереди нас. Следом рядом с ним остановились мы с Ангелиной, а буквально через секунду с нами рядом замер Миша.
Переглянувшись, мы начали выискивать, где можно пройти, не трогая существо. Единственное место, которое я заметила, была щель небольшого размера между средней головой и стеной моста.
Дернув Кая за рубашку, дабы не дотрагиваться до воспаленной кожи, я рукой указала на небольшое пространство. Тот кивнул и так же молча скомандовал двигаться в сторону щели.
Это было чертовски опасно. Чем ближе мы подбирались к голове, тем реже я начинала дышать все чаще и чаще задерживала дыхание. И вот когда мы оказались возле головы, существо сделала новый вздох и тут же выдохнуло. Вырвавшийся из ноздрей дым обжег кипятком и так горящую огнем кожу и мне захотелось заорать.
Заткнув обеими руками рот, я впилась зубами в ладонь. Слезы потекли из глаз ручьем, тут же испаряясь от раскаленного воздуха.
Рядом раздался стон. Ангелину тоже задело, и ребенок, не выдержав боли, все же застонал, хоть и тихо. В ужасе позабыв о собственной боли, я кинулась к девочке, закрывая ее рот своими руками в надежде заглушить звук и застыла.
Мы все застыли.
Храп прекратился, и я с замиранием сердца наблюдала, как средняя голова пошевелилась. Несмотря на пекло по спине пробежал холодок. Голова сдвинулась чуть в бок, оставляя еще меньше пространства, чем было изначально, и снова замерла.
Мы продолжали стоять, не шевелясь, и наблюдали. Простояли минут пять, пока, наконец, не раздался новый храп, и Кай не подал сигнал двигаться.
Пространства между головой и стеной моста было действительно мало. Пройти незамеченными было практически невозможно, но нужно было постараться.
Первым пошел Кай. Прижавшись как можно плотнее к стене, он, приподнявшись на носки, стал пробираться по образовавшемуся проему. Медленно, чуть передвигаясь и замирая через каждый короткий шаг.
Мы в нетерпении ждали, когда он пройдет. И стоило ему оказаться на свободном участке, с облегчением выдохнули.
Следующей подошли мы с Ангелиной. Голова была высокой, практически с меня ростом величиной, но мужчине, приподнявшись на цыпочки, удалось жестами показать, что бы первой шла Ангелина.
Я была не против, поэтому, подтолкнув ребенка, я отправила ее первой.
Благодаря тому, что девочка была худой и миниатюрной, проход оказался для нее куда проще, чем для Кая. Ангелина без проблем помещалась в небольшом пространстве и могла спокойно пройти, не опасаясь задеть существо. Но из-за страха, ребенок еле двигался.
Когда малышка уже почти дошла до конца, Кай, протянув руки, быстро выдернул девочку, тем самым ускорив ее прохождение.
Следующей должна была идти я.
Собравшись с духом, я сделала первый, затем второй, затем третий шаг. Пока наконец не оказалась прямо напротив морды. Поджилки затряслись. Ноги стали ватными, и в любой момент хотели подкоситься. В ужасе я замерла прямо напротив морды и тупо смотрела на нее. Ступор сковал мое тело, и я не могла пошевелиться.
Не знаю, сколько я так простояла. Секунду или минуту, но для меня прошла как будто вечность, пока я не заметила какое-то движение справа. Скосив взгляд, я посмотрела на Мишу, гневно машущего руками. По его жестам было понятно, что при первой же возможности он меня убьет если я не пойду дальше.
Это немного меня отрезвило, и я все же начала пробираться. Расстояние, которое нужно было преодолеть, было на самом деле не большим, но из-за страха казалось иначе.