Каждая частичка ее сущности хотела бежать. Провидица подавила желание зашвырнуть воспоминания обратно, в темноту, крошечная часть ее сознания оказалась достаточно сильной, чтобы выдержать всю ярость собственной жестокости. Снова и снова, Тирианна смотрела, как семья умирает, но воспоминания не тускнели, и память о собственном наслаждении убийством раз за разом терзала её душу.
Tяжело дыша, провидец заставила себя подняться на ноги. Ей нужно принять это, признать, что часть ее способна совершать подобные поступки.
«Это только люди», — говорила она себе, но оправдание было слабым.
«Они не были невинными, они запятнаны Хаосом», — рассуждала Тирианна, однако это было заблуждение.
«Я — убийца», — подумала девушка.
Другая часть её разума отвергала обвинения. Боевая маска ниспадала, обнажая дух воина. Она была Зловещим Мстителем, воплощением очищающего пламени. Она убила сотни, были они виновны или нет — не имеет значения.
Тирианну отвращали не сами деяния, а наслаждение, которое она испытывала тогда.
Провидицу тошнило от этого смеха, от проявленного ей абсолютного безразличия к чужой жизни. Леденящий душу, лишенный сострадания, он вновь зазвенел у неё в ушах. Возможно, резня была оправдана, а возможно, и нет; она могла быть необходимой предосторожностью или хладнокровным убийством. Что Тирианна не отрицала, так это удовлетворение, которое она принесла. Это не был инстинктивным действием в пылу битвы, решением уровня «убивай-или-убьют-тебя». Это был хладнокровный, обдуманный, и оттого ещё более приятный поступок.
Отвратительное деяние так сильно взволновало девушку, поскольку она точно знала, что делает. Тирианна просто совершила немыслимое, не испытав ни чувства вины, ни стыда, и это было так опьяняюще — момент истинного познания кровавых дел Кхаина, не приглушенный логикой или моралью.
Сквозь внутренние самообвинения Тирианны прорвалась новая мысль. Даже в тот миг высокомерного триумфа она понимала, что запятнала себя кровопролитием. После битвы девушка покинула храм Сотни кровавых слез, отвернулась от Кроваворукого бога и навсегда очистилась от жажды войны.
Тот поступок, при всей его жестокости, освободил Тирианну от власти Кхаина.
Сосредоточившись на этом, девушка частично восстановила душевное равновесие. Когда жестокая сущность воспоминания схлынула, Тирианна смогла опереться на один простой факт: в самый темный момент она победила. Эльдар стояла на грани того, чтобы попасть в объятия Кроваворукого Бога, восхитившись смертью и кровопролитием, но не попала в ловушку.
Суть Путей заключалась в том, что жизнь состояла из множества таких моментов, когда нужно было осторожно пройти по тонкой черте между безопасностью и абсолютной одержимостью. Тирианна выдержала испытание и отправилась дальше. Она отравила свою душу лишь тем, что уклонилась от долга перед убитыми ею, попыталась забыть их.
Воспоминание быстро утрачивало способность выводить провидицу из равновесия. Чем дольше Тирианна изучала его, тем больше смирялась с ужасным поступком. Смотря в лицо содеянному, она чувствовала вину и стыд, которых не ощущала тогда. Принимая наказание, эту боль, звенящую в нервах, Тирианна могла искупить свои кровавые дела.
Протянув руку, девушка призвала ведьмин клинок. Меч прыгнул ей в руку, напевая свою песню смерти. Та-что-Жаждет опять угрожала, и вновь — через людей. Девушка снова будет убивать, не только чтобы выжить самой, но, и чтобы спасти будущих алайтокцев. Человеческие жизни также будут спасены, хотя они и не поймут, что это было благодеяние. От этой мысли то, что предстояло совершить провидице, не делалось проще — только чуточку приемлемее.
Тирианна слышала монотонное пение Зловещих Мстителей, ритуал подходил к кульминации, когда каждому предстоит нанести руну храма на лоб и призвать боевую маску.
Девушка пересекла комнату и сняла шлем с крючка. Она тоже была готова.
Разработанный эльдар план сражения был восхитительно сложен. Как и на многих человеческих мирах, защитники этой планеты всегда смотрели в небо, ожидая открыто приближающейся угрозы. Люди не только позволяли Хаосу скрытно влиять на их жизни, но и не могли уберечься от любого технически продвинутого врага. Oрбитальные станции и примитивные спутники наблюдения сканировали пустоту, отыскивая возмущения в варпе, ожидая появления вражеских кораблей на дальних рубежах системы, вдали от гравитационного колодца звезды.