— Кажется, я одет неподходяще случаю, — произнес отец, остановившись перед Тирианной и быстро оглядев её экстравагантный наряд. На самом Ирландриаре были расшитые рунами одеяния, волосы он повязал мягкой, но тугой серебристой лентой, а на сгибе руки держал дудочки.
— Просто стиль поменяла, — ответила девушка, застигнутая врасплох таким приветствием.
Последовав за отцом в мастерскую, она опустилась на небольшое сиденье, выросшее из стены по мановению костопева. Положив инструмент на стол, Ирландриар сел рядом с дочерью, держась немного сухо и официально.
— У меня есть вопрос… — начала Тирианна, не зная, как лучше выразиться.
— Вопрос ко мне? — отец моргнул от удивления, но тут же взял себя в руки. — Задавай.
— Узоры на поверхности руны, которую ты для меня изготовил, имеют какое-то значение? Они созданы тобою?
Узнав, что интересует дочь, Ирландриар расслабился. Поднявшись, костопев открыл шкафчик в стене и достал небольшой хрустальный графин с парой бокалов. Передав один из них Тирианне, отец наполнил кубок янтарной жидкостью, затем налил себе и вернул бутылку на место. Девушка заметила, что его движения были четкими и обдуманными — это говорило как о физическом, так и о ментальном самоконтроле.
— Эти узоры возникли не по моей воле, — покачал головой Ирландриар. — Как ты знаешь, призрачная кость — психореактивный материал, и она отзывается тебе, меняется в соответствии с твоими мыслями и чувствами, привязывается к твоему духу. Ты видишь на поверхности собственное отражение, как его представляет руна.
— А она когда-нибудь перестанет меняться? — поинтересовалась девушка, делая глоток. В бокале оказалась медовая вода, сладкая и ароматная.
— Только если ты сама перестанешь меняться, — ответил отец. Присев, он посмотрел на Тирианну, но больше ничего не сказал, только постучал пальцем по краю бокала. Девушка не поняла, раздражен чем-то Ирландриар или просто размышляет.
— Чувствую, у тебя ко мне не один вопрос, — наконец-то произнес он. — На первый можно было легко ответить посредством дальней связи, и всё же ты решила прийти ко мне.
— Я стою на перепутье, — Тирианна тщательно подбирала слова, опасаясь выдать собственные чувства и тем самым повлиять на мнение отца. — Мое владение рунами улучшилось, и теперь нужно решить, хочу ли я продолжить обучение, или на некоторое время остаться колдуньей.
— Ты слишком молода, чтобы стать ясновидицей, — тут же ответил Ирландриар. Когда отец отхлебнул медовой воды, девушка поняла, что других аргументов не последует.
— Возраст — не проблема, — возразила она.
— Разумеется, проблема. Ты ещё не добралась и до середины жизни, просто неприлично будет столько времени идти по одному Пути.
Тирианна хотела заспорить, но осеклась — отец был прав, и сказанное им прежде не приходило ей в голову. Впрочем, столь явная неприязнь костопева к её идее раздражала девушку.
— Если я хочу стать ясновидицей, если таково мое предназначение, то волноваться не о чем, — заявила она.
— А волноваться стоит, — ответил Ирдландриар. — Ты можешь добиться очень и очень многого, если не привяжешь себя к единственному Пути.
— Ты костопев, и останешься им до самой смерти, — указала Тирианна.
— Это другое дело.
— Почему же? Какие прежние достижения могут затмить то, что ты создаешь сейчас? Разве твой финальный путь — не лучший из всех?
Её отец хотел что-то сказать, но вместо этого сделал новый глоток и, слегка нахмурившись, окинул взглядом мастерскую.
— Да, это так, — признал он, снова повернувшись к дочери. — Когда ты доживешь до моих лет, то накопишь огромный опыт в делах. Я работаю с призрачной костью уже много периодов, но до сих пор не достиг высот мастерства некоторых своих предшественников.
Девушка не была уверена, сказано ли это в поддержку её замысла или просто так, мимоходом. Ирландриар явно сомневался, но его слова как будто добавили веса инстинктивному выбору Тирианны.
— Я не за один цикл научился создавать звездолеты из ничего, — продолжил костопев, больше не хмурясь. — Возможно, ты права, и через много периодов учебы и практики сумеешь стать одной из величайших ясновидиц Алайтока. Это будет наградой за принесенную тобою жертву.
— Жертву? — девушка не понимала, от чего именно ей придется отказаться. Теперь, познав возможности провидчества, Тирианна думала, что не сможет жить без него.