— Когда придет эскорт? — спросил Гессарт Закериса.
— Вам хватит времени, чтобы отгрузить все, что захотите. Вас не будут трогать мои корабли и воины. Даю слово, что вы останетесь целы, если пообещаете мне то же самое.
Гессарт ещё какое-то время глядел на изгоя, но тот не мог понять, о чем думает чужак, скрытый за шлемом. Сам Арадриан сохранял безразличное выражение лица, ничем не показывая, что внутренне радуется возможности захватить экипажи без ненужных осложнений.
— Согласен на эти условия, — сказал космодесантник. — Я прикажу своим воинам, чтобы они не вступали с вами в бой. Но экипажи имперских кораблей не в моей власти.
— Мы вполне можем справиться с подобными проблемами собственными методами, — ответил алайтокец. И действительно, Маэнсит обучила своих воинов множеству способов подчинения строптивых врагов, которые узнала от лучших укротителей Комморры. — Будь благодарен, что сегодня я чувствую себя щедрее, чем обычно.
Гессарт приподнял оружие и уставился на пирата холодным красным взглядом. Когда он заговорил, изгой увидел свое отражение в линзах шлема: одна рука поднята в выразительном жесте, губы почти презрительно искривлены.
— Не дай мне повода изменить решение.
«Фаэ Таэрут» набирала скорость, разворачиваясь к последнему грузовозу для абордажа. Корабль Гессарта удалялся от этого судна — космодесантники-отступники завершили собственный грабеж. Арадриан наблюдал за ударным крейсером через голошар, легко касаясь мыслями пси-матрицы для отслеживания маневров своего флагмана.
Внезапно корсара охватила паника, хлынувшая в него из крейсера. «Фаэ Таэрут» тревожно взревела, заставив все палубы содрогнуться от психической ударной волны. Алайтокец ощутил, как полуразумное сознание звездолета вторгается в его мысли, и разум эльдар наполнился данными сканеров. Уходящий корабль космических десантников сопровождал флагман лучами повышенной плотности, исходящими из сенсоров на орудийных батареях: его пушки захватили цель!
К страшному потрясению «Фаэ Таэрут» добавился ужас самого Арадриана, который увидел, как по правому борту ударного крейсера открываются амбразуры. Не было ни времени активировать голополе, ни места, чтобы сманеврировать и уклониться от большинства выстрелов.
Лазерные лучи, снаряды и плазма, вылетевшие из орудийных батарей крейсера Гессарта, обрушились на борт и мачту флагмана эльдар. Изгой, всё ещё подключенный к матрице бесконечности, ощутил каждый удар как легкую рану собственного тела. Когда бомбардировка продолжилась, вслед за уничтожением мачты главного звездного паруса вверх по позвоночнику Арадриана поползла ноющая боль. Её вторичные вспышки полыхнули в сознании корсара после того, как взорвались орудийные палубы, а из пробитых трюмов с человеческими пленниками унеслись в пустоту атмосфера и мертвецы.
Пошатываясь и тяжело дыша, алайтокец вывалился из командной капсулы. Свет на мостике погас, так как «Фаэ Таэрут» пыталась перенаправить оставшуюся энергию на поддержание целостности поврежденного корпуса. Тревожные сигналы и голоса звучали, будто непрерывный артобстрел.
Всё потемнело, и корабль погрузился в безмолвие. Откуда-то с нижней палубы до Арадриана донеслись испуганные вопли пленников. Подковыляв обратно к пульту управления, он положил ладонь на тусклые геммы. Ничего не произошло.
— Она мертва, — пробормотал изгой, оцепенев от этой мысли. — «Фаэ Таэрут» мертва.
Глава 13
Бегство
Мир Крови и Слез
Когда настанет Конец Вселенной, развернется великое сражение, исход которого решит судьбу эльдарских душ. В час Рана Дандра мощь нашего народа будет противостоять Великому Врагу, свершится Последняя Битва против Хаоса, и всё сущее сгинет. Фуэган Пылающее Копье, Вестник Погибели, зачинатель Рана Дандра, созовет всех лордов-фениксов, создателей Путей, по которым ступает каждый эльдар, и воины эти объединятся на Хараншемаше, мире Крови и Слез. Там закончится их последний бой, и вселенная вновь познает мир.
Прощальный выпад Гессарта, горькое повторение истории с убийством Дарсона Де’вака, не сразил «Фаэ Таэрут» наповал, чего боялся Арадриан. Системы поддержания жизни функционировали на минимальном уровне, крохотные остатки психической матрицы ещё сохраняли активность. Связь тоже пострадала: когда Кхариас предложил содействие, принц корсаров услышал его голос, но не увидел изображения.