Архулеш поспешил к ближайшему из них и прикоснулся к руне на боковой поверхности, чтобы открыть куполообразную крышу кабины. Ловко запрыгнув на борт, он прошел в переднюю часть транспорта. Корландриль дождался, пока остальные займут места сзади, прежде чем сесть рядом с Бехаретом, решив, что ему лучше не располагаться слишком близко к Элиссанадрин с учетом того игривого флирта, которым они только что занимались. Архулеш опустил крышу и раздался едва различимый гул — скиммер ожил.
Под управлением Архулеша он скользнул к отверстию в дальней стене зала, за которым ряд желтых огней освещал путь по извилистому туннелю. Архулеш непринужденно вел скиммер, увеличивая скорость, пока мелькающие мимо огни не превратились в одну расплывшуюся линию.
— Куда мы едем? — спросил Корландриль. Повернувшись на переднем сиденье, Элиссанадрин свесила руку через спинку.
— В Зал Автархов, — ответила она. — Там обычно собираются воины храмов, чтобы получить новости от провидцев, прежде чем надеть боевые маски.
Корландриль воспринял это сообщение молча. Он никогда не слышал о Зале Автархов, и ему стало интересно, где именно на Алайтоке он расположен. Скиммер летел вдоль туннелей и трубопроводов, которых он никогда прежде не видел, и он предположил, что они находятся в нижнем слое каналов, используемых исключительно во время войны.
Впереди перед ними появились еще три похожих транспорта, окрашенных в темно-синий и черный.
— Темные Жнецы, — сообщила Элиссанадрин. Наклонившись вперед, она изучала разметку по мере того, как скиммеры сближались. — Храмы Убывания Темной Луны, Хладной Смерти и Стойкой Завесы.
Этот последний Корландриль знал — к нему принадлежали Маэртуин и Артуис.
Позади них показались транспорты других храмов, присоединившись к строю скиммеров, которые быстро стекались к Залу Автархов. Туннель заканчивался обширным пространством под куполом в виде черной полусферы, сквозь которую ничего не было видно. Вниз шла широкая лестница, которая вела в амфитеатр. На круглом возвышении в центре зала стояли трое, двое из них были одеты в тяжелые мантии, третий — в синих с золотом доспехах и длинном алом плаще, откинутом за спину, рукой он придерживал шлем с гребнем.
Прибывающие аспектные воины спешивались со своих скиммеров на верхнем уровне зала и поотрядно занимали места вокруг автарха и ясновидцев. Взглянув на белый камень широких ступеней, Корландриль увидел выгравированные золотом руны, которые указывали места различных храмов, распределенных по аспектам. Несколько сотен воинов уже были на своих местах, и столько же следовали в зал за своими экзархами.
— Архатхайн, — сказал Архулеш, указывая на автарха. — Он носил маски Темного Жнеца, Воющей Баньши и Зловещего Мстителя, прежде чем стал автархом.
— Его имя кажется мне знакомым, — заметил Корландриль. Кенайнат остановился, и Корландриль, посмотрев вниз, увидел под ногами руну Смертельной Тени.
— Командующий Алайтоком во время Битвы Шепотов, также командовал совместно с Урултанешем во время битвы Тысячи и Одной Бури, — сообщила Элиссанадрин.
Названия этих сражений были известны Корландрилю — долгие кампании, в которых воины Алайтока понесли тяжелые потери.
— Я не знаю этих ясновидцев, — сказал Архулеш. Оба — мужчины и держались величественно. Один из них — моложе Корландриля, что его удивило. Второй был почтенного возраста, и даже на этом расстоянии был заметен странный блеск его кожи, первый признак того, что его тело превращалось в кристалл, испытывая изменения, вызванные псайкерскими способностями.
— Времени мало, требуется краткость, — провозгласил Архатхайн, и его голос, распространяемый звуковым полем, заполнил весь зал. — Ясновидец Келамит, — автарх указал на старца, — и его помощник предсказали Алайтоку ужасную трагедию. Серебряная река превращается в черную, и ее кипящие воды несутся к Алайтоку. На берегах белого моря видно Танцующую Смерть, в ее косы заплетены черепа наших детей. Та, Что Жаждет устремляет свой алчный взгляд на звезды, и в будущем ее бесчеловечный взгляд падет на наши жизни.