Приятно видеть тебя вновь, дочь Азурмена. — Экзарх Лэйргнен стоял на расстоянии выдоха от её лица, его бездонные чёрные глаза сияли, а длинные, иссиня-чёрные волосы вились вокруг его головы, словно наэлектризованные своей собственной энергией. Йзульт опустилась перед ним на одно колено, машинально придерживая свой плащ на одном плече в знак уважения. — Ты намереваешься возвратиться к нам? — В мыслях экзарха сквозила искренняя надежда.
— Нет, мой квихан, — ответила Йзульт, хотя эта идея на мгновение захватила её мысли. — Я вернусь, чтобы сражаться в честь Жогана Тейрту. Я пришла к тебе за советом.
Именно в этот день Жоган идёт сражаться? — Мысли Лэйргнена вернулись к Переходу Айони.
— Битва сама пришла к нему. Это были Пауки Варпа, квихан. Они хотели пройти в Сентриум.
Ты остановила их?
— Я остановила их, — ответила Йзульт с налётом гордости. — Я унесла жизнь Арахнира Фианны во время Ритуала Начала. Эта победа ваша.
Нет, теперь она принадлежит Тейрту. — Он сделал паузу. — Стало быть, Эйнгил рискует Договором Шлема Азуриа? Она бередит раны Тейрту, тыкая своими пальцами в их кровь. Храмы Аспектов поклялись не вмешиваться в политические дела, мы согласились, ты была права, выступив против неё. — Экзарх погрузился в размышления, обеспокоенный поворотом событий.
— Победа была лёгкой, Лэйргнен. Пауки Варпа сильны, а Стражи Тейрту недостаточно обучены. Нам повезло оказаться в большинстве.
Твоя скромность делает тебе честь, молодая Йзульт, но твои планы ясны. Яростные Мстители не могут и не выступят на стороне Тейрту, даже против Пауков Варпа. Нарушение соглашения Эйнгил не оправдывает наш собственный отказ от нейтралитета. Нейтралитет Храмов Аспекта уважали на Каэлоре много веков, моя Йзульт, и не без основания. Ты просишь слишком многого.
— Ты сомневаешься в Доме Тейрту? — Йзульт посмотрела на экзарха, встретившись взглядом с его бездонными глазами и вглядываясь в их глубину.
Дело не в достоинствах великих домов, Йзульт. Айден — прекрасный воин, каким был и Бедвир. Это вопрос принципа. Стражи Храма давно согласились не вмешиваться в дела Олипсина. Мы заключили договор с самим Гоури Сияющим.
— Но Эйнгил пренебрегает этим соглашением? Разве вы не должны отомстить за это неуважение?
Лэйргнен улыбнулся широкой, невесёлой улыбкой, и Йзульт не могла сказать, куда был направлен его взгляд.
Это хорошая попытка, Мстительница Йзульт, но сейчас, по крайней мере, я — хранитель этого храма, не ты. Оскорбление было нанесено не Яростным Мстителям, а Круглому Двору. Так как мы не принадлежим к этому Двору, нет ничего, за что мы должны мстить. Это не имеет никакого отношения к Яростным Мстителям, Йзульт. Это не моя забота.
— Ты бы говорил иначе, если бы Дом Тейрту пользовался твоим уважением, — сказала Йзульт, вновь смиренно склоняя голову.
Она знала, что он был прав. Храмы Аспектов должны быть выше придворных и политических стычек, несмотря на явную надменность эльдар Нэвир, которые ставили себя выше жёстких методов Аспектов. На Каэлоре, размышляла она, каждый выше всех остальных.
Дом Тейрту является домом воителей, Йзульт. Я лично обучал многих из них. Это то, что я могу уважать. — Экзарх сделал паузу, раздумывая, стоит ли продолжать. — Но, правда, есть некоторые вещи, которые менее достойны уважения. Более того, некоторые способны в один день спровоцировать даже Мстителей на нарушение присяги.
БОКАЛ ВЫСКОЛЬЗНУЛ их рук Ахирна, ударившись о край стола и вращаясь прежде, чем разбиться о землю. Лужица пузырящийся голубой жидкости мгновенно вытекла между обломками, и испарилась, оставив на полу зазубренные осколки стакана, словно открытый капкан.
— Прости, моя дорогая Синния, — пробормотал с усмешкой ясновидец. Он сильнее опёрся на свой посох и слегка покачивался. На столе уже стоял ряд бокалов, некоторые из них были уже пусты, другие наполнены наполовину. — Позволь мне взять ещё один.
— Нет нужды, сиятельный. Позволь мне, — улыбнулась Синния, вставая со своего кресла и предлагая его опьяневшему старому эльдару.