- Это только один из древних входов к тайне, которую скрывали от нас веками. Сейчас эти ворота мертвы, но когда-то они были открыты, подчиняясь лишь дуновению мысли, слабому движению губ. Ты должен запомнить кое-что, это нельзя забывать. Повторяй это каждый день, ночью, когда ложишься спать, и утром, когда все ещё спят. То, что когда-то откроет нужные двери на пути к спасению. Слушай же эти слова, мой мальчик. Форио. Гаудо…
- …Холли. Флоуи. Земля, - проговорил Кей, поглаживая старые окаменевшие символы на воротах.
- Как, ты знаешь это? Но откуда…, - озабоченно промолвил Эливен. Кей поспешил успокоить его.
- Я давно выучил эти слова. Прости меня, отец, но некоторые секреты ты уже давно выдал, сам об этом не ведая. Когда я только научился слушать, ещё не понимая, что происходит вокруг, я часто слышал эти слова. Ты их произносил во сне. Я виноват, что не сказал тебе этого раньше, просто мне показалось…
- Что это бред сумасшедшего? – не выдержал Эливен, заключив в крепкие объятия Кея.
- Но это ещё не всё, сын мой. Есть то, что скрыто даже от тебя. Когда-нибудь найдутся те, кому это будет нужнее.
Эливен побрёл обратно к озеру, неся лампу в дрожащей руке. Свет от фитиля слегка коснулся нескольких бугорков, сооружённых чуть поодаль. Один из них был свежим, как будто совсем недавно что-то пытались найти под ним или спрятать.
Мысли, они мчались, когда уже некуда было спешить. Эливен не мог повелевать ими и успокоить их бег, они были неподвластны ему, как и это старое иссохшее тело. Он хранил и лелеял память, всё, что осталось у него. Иногда Эливену казалось, что тёплая и нежная рука прикоснулась к его щеке, он открывал глаза, но с грустью понимал, что этого уже не может случиться. Лия покинула его год назад, оставив после себя лишь этот поток мыслей, которые не желали оставить его в покое. Они тяготили его, но только лишь потому, что не давали покинуть эту тёмную комнату с расплывающимися наверху звёздами и отправиться на поиски Лии, Маттиса, своего отца и матери. Но иногда он видел сквозь отверстие в потолке Синюю звезду, а может быть, ему это только казалось.
Тогда он снова летел сквозь мокрые брызги бескрайней водной глади, окунался в волнующиеся просторы зелёной травы, где слышался ласковый и родной голос Лии, зовущей его к себе. Это мгновение не могло отпустить его, оно тянуло за собой, из последних сил, пока не забрало окончательно.
Ладонь Эливена разжалась, а Синяя звезда, отражаясь в гладком остывающем медальоне, дарила нежный свет безмолвной, опустевшей комнате.