- Да что такое! Хорошо, я понесу заслуженное наказание! – закричал Алхимик. – Но король быстро простит меня, ведь это всего лишь рабыни! Что с того, что умерла одна-другая!
- Что гораздо хуже… - метнула на него взгляд леди Лаари, - дело идет о Черной Магии.
- Король закроет на это глаза, леди Лаари! – оскалился Алхимик. – Ведь он уже сам прибегал к ней не единожды, когда болел! Закрывал глаза и закроет на этот раз!
Леди Лаари молчала, но глаза ее метали молнии.
- Не думаю, что нам стоит вовлекать Короля в это дело, - сказал Алхимик, вытирая пот со лба. – Это бросит тень на мою репутацию, а вы прослывете шпионкой и шантажисткой. Давайте договоримся миром. Я выпишу вольную этой рабыне, и отпущу ее с вами. А вы забудете об этом случае.
Леди Лаари, подумав, кивнула:
- Ладно.
Нарина бросила на нее полный недоумения взгляд, но леди жестом остановила девушку.
Алхимик сел за стол, обмакнул перо в окровавленную чернильницу, вписал имя Нади в бумагу, и с улыбкой протянул ее леди Лаари.
- Прекрасно! – девушка быстро спрятала бумагу. – Я сделаю ее своей личной служанкой. А теперь, Алхимик, вы обвиняетесь в нападении на мою личную служанку и попытке ее убить!
- Что?! – буквально завизжал тот.
Алхимик хотел кинуться к нам, но стража скрестила копья перед ним. Потом они увели Алхимика.
Глава 5. Ученик Мудреца и разбойник
Через некоторое время Хлодия и Надя пришли в себя. О Хлодии позаботились санитарки верхних этажей, а Надю леди Лаари отвела в свой дом. Как, впрочем, и меня.
О, у леди Лаари был не дом, а роскошный дворец! Со всех сторон его окружали сады, и даже по кирпичным стенам дома вились растения, впрочем, расположенные так, чтобы не загораживать вид из окна. В комнатах, чьи окна выходили на север, было сумрачно и прохладно. Там находились библиотеки и кабинеты, и несколько спален. В тех комнатах, что располагались на юге, было солнечно и тепло. Среди них имелись большие чудесные залы с блестящими зеркалами, столовая, игровая, другие спальни. В тех комнатах, чьи окна выходили на восток и на запад, могло быть тепло или прохладно в зависимости от времени года. В них располагались музыкальные комнаты, банкетные, некоторые кабинеты и снова спальни. Оранжереи были и в самом доме. Можно было совершенно неожиданно оказаться в большом зале, полном цветов и невысоких деревьев. Здесь расстилались травяные ковры, на которых можно было посидеть с книгой или с чашкой чая в дождливую погоду. Несколько комнат были отведены под гардеробные, и туда нам заглянуть не разрешили. В целом, здесь царила атмосфера роскоши и света, вечного праздника. Но праздник этот не казался назойливым, бесконечно шумным, нет, он был светлым и спокойным, словно дни летних каникул.
Нам отвели две комнаты с окнами, выходящими на запад. В моей было просторно и светло, но как-то пустыннно. Да и вообще во всем доме я чувствовал себя не очень уютно. Слуги были вежливыми, но неразговорчивыми. Они и слова не смели сказать без разрешения хозяйки. Леди Лаари почти никогда не было дома, - она разбиралась с делом Алхимика. А Надя слишком плохо себя чувствовала, чтобы составить мне компанию в блужданию по дому и бесконечных садах. Да и разговаривать ей первое время было сложно, но благодаря диете повара леди Лаари Надя быстро пошла на поправку.
Наконец настал день, когда мы собрались все втроём за длинным столом. Мы сидели рядом друг с другом, а длинные ряды пустых стульев наводили на меня тоску.
- Суд над Алхимиком все-таки будет! - сказала леди Лаари. - Правда, судьей будет король, а присяжными - его придворные. Мы сделаем все, чтобы Алхимик попал на виселицу! Оденем на тебя, Надья, белое платья... Ещё немного белил для бледности...
- Да, - кивнула Надя, уткнувшись в золоченую тарелку, на которой лежал запечённый гусь и листья салата. - Но ведь я ничего не помню...
- Скажешь, что помнишь! Я помогу! - возразила леди Лаари. - Скажешь, что в полузабытье чувствовала, как острые иглы впиваются в твою тонкую нежную кожу, и сердце твоё трепетало от страха и предчувствия скорой гибели...
- Нет, - Надя отложила вилку.
- Что нет? - удивилась леди Лаари.
- Я... я не буду лгать.
- Ты не веришь мне? Ах, что ж, понимаю. Но ведь Стаасу ты веришь, правда? А он видел все собственными глазами!
И она уставилась на меня.
- Ага, - кивнул я, не отрываясь от гуся.
- Не в этом дело, - покачала головой Надя. - Я верю, что так все и было, и что Алхимик виновен. Но не буду говорить о том, чего не помню, потому что это ложь. Вы думаете, король не поверит вам? Ведь вы все видели, и стража тоже.