С другой стороны улицы воскрес еще один погибший. Он приладил голову на место, моргнул глазами, обретая осмысленный взгляд, и пошел в ту же сторону, что и первый. Я наблюдал дальше. Через час открылись магазинчики, из них начали выглядывать люди, предлагая всевозможные товары, по улицам бегали розовощекие дети, красивые девушки возили по улицам тележки с цветами, уговаривая прохожих купить одну-две розы. Зажурчали фонтаны, послышался цокот копыт лошадей и скрип повозок, вдалеке раздался гул колокола. Но все это виделось мне словно через пелену тумана, фигуры казались ярко нарисованными на безжизненной поверхности, и вся эта картинка словно накладывалась на погибший город с обветшалыми стенами и мшистыми улицами.
- Хрономираж, - сказал Леня, появившись за моей спиной. – Я о них читал. Можно как будто в призрачное прошлое попасть.
- Это и есть проклятье? – спросил я.
- Похоже на то, - Леня пожал плечами. – Только в чем проклятье, непонятно. Обычно призраки никакого вреда не причиняют.
Остальные тоже сгрудились вокруг нас и молча смотрели на жизнь призрачного города.
Внезапно по улицам промчался конный воин. Он размахивал красным флагом и кричал:
- Король! Король вероломно напал на нас!
Люди закричали, разбегаясь кто куда. Девушки побросали цветы, торговцы спешно закрывали магазинчики и уносили самый ценный скарб, дети с плачем бросились в свои дома.
На улицах появились воины в тяжелых латах и красных плащах. Они мчались на лошадях по мирному городу, и их копья и мечи пронзали каждого, кто не успел вовремя сбежать. Мощные копыта лошадей сокрушали замешкавшихся, мечи пронзали насквозь детей и женщин. Поднялась настоящая паника.
На улицах появились воины в блестящих латах и с голубыми флагами. Флаги взмыли над толпой, словно крылья синих птиц, и копья скрестились с копьями, а мечи – с мечами. Но силы были неравны, а воины-защитники города захвачены врасплох. Захватчики, не знающие сомнений и жалости, легко теснили соперников. Они были лучше обучены и подготовились к сражению.
Вскоре весь город наполнился криками ужаса и боли. От этих криков негде было спрятаться, негде скрыться. Мы попытались вернуться в верхнюю полуразрушенную комнату и там лежали на скользком сыром полу, закрыв уши руками, но все равно слышали шум битвы, крики раненых, плач детей и пронзительный звон колокола.
- Я больше так не могу! – вскочил на ноги Уголек. – Давайте уйдем отсюда!
- Если это действительно проклятье, такое сейчас по всему городу происходит… - с отчаянием в голосе возразил Грэм.
- Тогда лучше скрыться в трущобах! – поддержал Уголька Леня. – Все это сводит меня с ума!
- Нас там поймают и повесят! – снова возразил Грэм. – Еще и эта… Лаари… наверняка она ищет нас!
Мы не стали с ним спорить. Возвращение в трущобы означало верную смерть для всех, кроме нас с Надей.
- Тогда, может быть, их отпустим? – Леня ткнул пальцем в нашу сторону.
- И они приведут облаву! – огрызнулся Грэм. – Да и не выбраться им самим отсюда…
Лужи и ручьи уже почти высохли к тому времени, как мы решили отправиться в путь. Но вода нас теперь уже не волновала. Мы бежали от мертвого города, и город бежал за нами.
Мы продирались через кусты, лезли через каменные насыпи, прыгали через ручьи, а за нами бежали шумные улицы, крики раненых и стоны умирающих.
- Вот! Наше Логово! – Грэм показал на полуразрушенный дворец и нахмурился.
Должно быть, недавно это место действительно было красивым и умиротворяющим. Наверное, приятно было посидеть у разрушенного фонтана и полюбоваться розами и фиалками, которые одичали и теперь жались к стенам дворца, теснимые плющом и вьюнками. Побродить по заросшей мхом каменной плитке, которая теперь была залита несуществующей кровью.
А по дворцу взад-вперед бегали люди, бегали, словно не замечая, что дворец давно разрушен. Они пытались спасти детей, которые давно умерли, и вытаскивали из сундуков старинные короны и чаши, которые им больше никогда не понадобятся.
- Да… заночевать нам здесь не удастся, - пробормотал Грэм. – Давайте хоть в саду фруктов наберем, на дорогу.
Мы отправились в сад. Вернее, в то, что когда-то было садом. А теперь здесь была просто свалка трупов. Мы смотрели, как рыцари в тяжелых латах и красных плащах стаскивали сюда трупы воинов, детей и женщин.
- Потом закопаем их здесь! – велел один из военачальников, восседавший на вороном коне с кроваво-красными глазами.
- Это ужасно… это просто резня… кучер… он же нам совсем другое говорил, - прошептала Надя и закрыла лицо руками.
Ее плечи затряслись от рыданий, и в порыве жалости я обнял ее и прижал к себе. Девушка уткнулась мне в грудь и заплакала еще громче.