Я даже подумал, хорошо, если бы вода была ядовитой.
- Подождем, - сказал мужчина.
Ксайра, усмехаясь, смотрела на меня. Пока мы ждали, умру я или нет, Ксайра выловила еще двух влаксов, одного из которых съела сама, а второго уговорила съесть мужчину.
Примерно через полчаса он сказал:
- Думаю, воду можно пить. Но лучше не рисковать до завтра. Во второй фляге все еще есть вода.
- На всех ее не хватит, - заметила Ксайра.
- Тогда разделим ее на троих, - сказал мужчина. – На тебя, на меня… и скажем, на Надью.
- Нет! Я буду пить ту же воду, что и все! – воскликнула девушка.
- И я, и я, - отозвались Леня и леди Лаари.
Они все по очереди наполняли флягу и пили. Потом мужчина набрал воды про запас.
- Как вас зовут? – вдруг спросила Надя.
- Ксин, - ответил тот.
- Вы брат Ксайры?
- Да, разве это не очевидно?
Я с неодобрением посмотрел на Надю, и когда нам с ней удалось оказаться немного в стороне от остальных, шепнул:
- У тебя что, Стокгольский синдром развивается?
- Ты о чем?
- Будь осторожна с ними и не веди никаких личных бесед!
- Они тоже люди. И в их сердцах есть место доброте, - возразила девушка.
- Угу. Или не доброте. Или не в сердцах. Этот Ксин, наверное, тебя как следует облапал, пока вы в обнимку спускались?
Надя отвесила мне пощечину, и я отскочил от нее, как от разъяренной кошки.
- Что происходит? – Ксин направил свет на нас.
- Ничего, - ответил я.
- Не обращай внимания, - ответила Ксайра. – Это бывает в пещерах. Помутнение рассудка, истерики и все такое.
- Нам лучше быть собранными, - заметил Ксин. – Впереди опасный путь.
Как будто бы мы были союзниками, путешественниками, а не их пленниками!
- Что там? – Ксин быстро направил свет на дальнюю стену, но мы успели заметить лишь какое-то движение.
- Что? – Ксайра тут же выхватила нож и хотела броситься туда, но брат успел поймать ее за руку.
- Это было похоже на человека, - сказал Ксин.
- Люди? Здесь? – удивилась Ксайра. – Здесь не может быть людей. Разве что… разве что они пришли за нами.
Она снова хотела броситься в темноту, и Ксин вновь удержал ее.
- Это может быть лишь что-то похожее на человека, но не человек, - сказал он. – А если так, лучше будет, если я первым встречусь с ними.
Ксайра не стала возражать брату.
- Мы пойдем за ним, - Ксин указал в темноту.
- Может, лучше не надо? – осмелился возразить Леня.
- Нельзя, чтобы нас застали врасплох, - сказал Ксин.
Мы медленно шли туда, где исчезла тень. Мы старались держаться как можно ближе к друг к другу, на время забыв о том, кто из нас похититель, а кто – пленник.
Наш путь был довольно долгим. К счастью, впереди не было развилок или побочных ходов, так что вскоре мы должны были увидеть того, чью тень мы успели заметить на стене.
Вдруг откуда-то сверху послышался плач. Лавр направил туда шар, но мы увидели только лаз где-то на уровне пояса. Лаз был узким, и шар не мог осветить то, что находится внутри.
Плач перешел не то в вой, не то в крик. Я вздрогнул. Надя зажала уши руками и закричала:
- Пусть оно прекратит! Пусть оно прекратит!
- Я пойду туда, - решил Ксин. – Только я могу освещать путь.
- Так может, это ловушка, - предположила Надя. – Может, тут кто-нибудь скрывается в темноте…
Но вопрос решился сам собой. Плач и странные завывания приближались к нам. Мы инстинктивно отступили назад, освобождая этому нечто дорогу. Ксин направил свет на лаз.
- Уберите свет! Уберите свет! – заверещало нечто тонким женским голосом.
Ксин отвел руку в сторону, но лишь ненамного.
- Выходи, - велел он.
Наружу, щурясь и прикрывая глаза, выбралась девушка. Я заметил, что она была худой и очень бледной, но казалась красивой. Нет, это была не просто девушка… это была Лида!
- Лида? – прошептал я.
Она все-таки опустила руки, и я увидел темные круги под ее глазами. И все равно, несмотря на худобу и бледность, она оставалась очень красивой. Лида была одета в потрепанную, но чистую одежду, а ее длинные черные волосы блестели словно шелк.
- Ох, вы пришли за мной? – она в изумлении уставилась на нас. – Как вы узнали, что я здесь?
- Мы… мы… не знали, что ты здесь! – воскликнул я. – Как ты выжила? И как ты здесь оказалась?
- Меня продали на одну ферму, но вскоре я сбежала. За мной гнались, но я укрылась в пещере. Здесь меня побоялись преследовать. А я заблудилась и не смогла найти дорогу обратно. У меня было с собой немного еды и теплой одежды, а со временем я стала есть чешуйчатых пиявок, а иногда даже и рыбу.
Меня передернуло. Сколько она могла здесь жить? Месяц, два, год? Или два года? Из-за того, что здесь не было смен времен года, я не очень хорошо понимал сам, сколько времени прошло.