Толпа одобрительно зашумела, и Грэм продолжил говорить еще громче и воодушевленнее:
- Поэтому, призываю вас, жители Ллалавэна, не дожидаясь, пока война придет в ваши дома, пойти на войну! Давайте возьмем грабли и топоры! Пусть вчера многие из вас были рабами или нищими ворами – сегодня мы станем воинами, которые бьются за свободу нашего родного города!
Толпа зашумела еще громче.
- В бой! – закричал Грэм, и его поддержали десятки, сотни, сотни десятков голосов. Клук и Уголёк кричали вместе с ним, и через мгновение я понял, что тоже кричу. Понял и удивился сам себе, а в это время слезы отчаяния и ярости катились по моим щекам. Вот оно, наверное, безумие толпы, что подхватывает тебя, словно осиновый лист и несет навстречу опасностям, кружа во всеобщем смертельном водовороте радости и страсти.
И ворота Ллалавэна распахнулись изнутри. Стража была отброшена, замки сбиты. Толпа, кто пеший, а кто на старых клячах или ослах, ринулась на поле боя. Люди бежали с ножами, факелами и топорами. Кто-то позаботился о том, чтобы защитить свои спину и грудь от метких выстрелов и ударов копий, а кто-то бежал практически голым и босым.
Армия лорда Эндрука дрогнула, столкнувшись с яростью толпы. Люди кидались на хорошо вооруженных, но немногочисленных всадников, стаскивали их с лошадей, отбирали оружие, срывали шлемы и душили врагов буквально голыми руками.
Первая волна нападавших была буквально смята. Всё вокруг наполнилось стонами раненых и криками умирающих. Трава под ногами лошадей окрасилась в багряный цвет.
Но вслед за первыми нападавшими бежали и другие. Здесь были не только мужчины, но даже и женщины, и дети, на вид которым было не больше десяти лет, здесь были старики и даже старухи. Они были готовы голыми телами защищать свой город.
Вторая волна погребла под собой армию лорда Эндрука. Стройные отряды бойцов бросились врассыпную, не слыша приказов своего господина. Воины бросали копья, чтобы в следующее мгновение быть проколотыми собственным оружием. Войско охватила паника. Дрогнув, армия противника стала отступать. Но лорд Эндрук метался по полю боя, словно черный демон, сзывая войско воедино. И, повинуясь его приказам, армия начала собираться в стройную колонну.
В этот момент, словно ниоткуда, на поле боя ворвались всадники в развевающихся фиолетовых плащах и серебристых латах. С копьями наперевес они ринулись к войску противника так быстро, что казалось, будто их кони плывут по воздуху. Не дожидаясь нападения новых врагов, войско лорда Эндрука дрогнуло и рассыпалось вновь. Отступление было не остановить. Напрасно лорд Эндрук кричал и потрясал копьем, призывая воинов к порядку.
А воины в фиолетовых плащах не дали противникам опомниться. Они наступали первыми, а за ними, воодушевленные, неслись дети Ллалавэна, не разделяясь уже на чернь и аристократию, подхваченным единым порывом и единым желанием спасти свое королевство.
Лорд Эндрук был вынужден отступить под громкие победные крики жителей Ллалавэна. А мы с удивлением взирали на армию воинов в фиолетовых плащах, не догадываясь, кто пришел нам на помощь.
Но едва лишь остатки армии лорда Эндрука оставили поле боя, мы направились к воинам в фиолетовых плащах, чтобы поблагодарить их за помощь. Но к нашему удивлению, они… растворились в воздухе. Один из воинов, стоявших во главе войска, на мгновение принял облик Мудреца. Выходит, это иллюзии помогли нам одолеть хорошо подготовленную армию! Никто из воинов противника даже не рискнул вступить в бой с рыцарями в фиолетовых плащах.
Но увы, - без потерь не обошлось. Едва волна радости схлынула, мы узнали, что принцесса Нарга тяжело ранена. Она пыталась скрыть это даже от рыцарей, сопровождавших ее, вдохновляя всех до самого конца, но теперь просто свалилась с лошади. Ликование сменилось страхом и горечью – что скрывать, простой народ симпатизировал Нарге гораздо больше, чем королеве Лаари.