Я не верил своим ушам. Что плетет этот человек? Так что, все эти истории – ложь, красивые сказки для публики!
Меня тоже приветствовали громкими криками.
- Пиэтя, - теперь Лавр указал на моего друга. – Тоже человек с Запада. В плену подружился со Стаасом. Вместе со своей любимой сбежал из дома, потому что родители были против их брака. Любимая умерла в пути, а Пиэтя здесь! Поприветствуйте человека с раненым сердцем!
И снова крики, радостный шум.
- Эннати! – Лавр указал на высокого темноволосого человека в черном балахоне.
У Эннати были чуть раскосые глаза, тонкие губы, прямой нос. Он выглядел словно главный герой женского романа. Черные длинные волосы он пытался скрыть под балахоном, но они все равно сверкали на солнце, словно вороненая сталь. Эннати был одет в темный халат или плащ, перехваченный шелковым поясом.
Толпа разглядывала незнакомца почти тихо.
- Эннати – один из Высших Людей Востока, черный жрец, и быть может, колдун. Почему же он здесь? Потому что больше никто не захотел иметь с ним дело! Прошлое его туманно, а будущее его в наших руках! Ох, скажу вам по секрету, многие мои друзья поставили на него!
Я посмотрел на Эннати, и наши взгляды встретились. Глаза его сверкнули. Да, пожалуй, он выглядел самым опасным соперником.
- Вэас! – не дав публике опомниться, Лавр уже показывал на человека с плесенью на груди. Тот был одет только в широкие полотняные штаны, так что все могли вблизи рассмотреть язву.
- Семь лет Вэас верой и правдой служил своим хозяевам на рудниках! А когда он заболел Болезнью Рудокопов, они продали его сюда – вот и все! Не бойтесь, не бойтесь, болезнь не заразна! Правда же, проще продать раба на Соревнования, чем лечить?
Среди зрителей раздались отдельные смешки.
- Слурк! – Лавр вытолкнул вперед еще одного опасного человека. Из его предплечий торчали два больших загнутых крюка. Они блестели ржавчиной, но из-за отблесков солнца мне показалось, что это кровь.
А Лавр продолжал:
- Слурк – разбойник, грабитель, убийца! Правосудие отрезало ему руки, но он не сдался, и с помощью магии вживил себе эти крюки! В наш город он пришел грабить, избивать, калечить! Мы поймали его и могли бы убить, но решили дать ему шанс… и вот он здесь!
Вполне могло оказаться так, что Лавр лжет, но глядя в маленькие, хитрые и злобные глазки Слурка, я склонен был верить нашему конферансье.
- Удвинус! – Лавр показал толпе человека с почерневшим лицом и следами ожогов по всему телу.
Заглянув в глаза Удвинусу, я вздрогнул. В них была настоящая обреченность, печаль и пустота.
- Удвинус был вольным жителем соседнего города. Но однажды его дом погиб в страшном пожаре, а дети сгорели у него на глазах. Удвинус вынес из пламени жену, и потратил на ее лечение все оставшиеся деньги. Увы – бедняжка умерла, а за долги Удвинус попал в рабство. Страшная судьба!
Подождав пока толпа стихнет, Лавр указал на следующего участника:
- Старик Оом! Списан за дряхлость, нервный, интересной истории не имеет.
Раздались всплески смеха, толпа свистом приветствовала старика с седыми волосами и длинной жидкой бородой. Казалось, из нее были выдраны клоки. Старик был несчастным, оборванным и жалким.
- И последний! Бывший житель нашего города, Хамеус! А ныне пьяница и раб! Посмотрите и покажите детям, до чего доводит пьянство!
Лавр толкнул унылого пожилого мужчину в обносках поближе к толпе. Тот беспокойно озирался вокруг, руки его дрожали. Казалось, Хамеус качается под порывами ветра.
Потом Лавр поприветствовал короля, прочел какую-то речь, а потом на арену вывели лошадей. Черных, белых, рыжих, прекрасно сложенных и оседланных. Нам предстоит турнир?
- Испытание! – проревел Лавр, пытаясь перекричать толпу, - состоит в том, чтобы удержаться на лошади как можно дольше! Если кто-то видит лошадь впервые – не беда, пусть крепче держится за поводья! Как только кто-то умрет, Испытание завершится! Победители получат ванну и прекрасный обед!
Толпа свистела, визжала, кричала, хрипела, пока нас усаживали на лошадей. Вопреки моим опасениям, лошади стояли смирно. Может быть, их даже готовили специально для этих кровавых соревнований. Смерть… я могу умереть… даже не верится.
Мои чувства словно отключились. Я просто делал то, что говорили мне стражники. Послушно просунул ногу в стремя, потом в другую, схватился за поводья, чуть не схватившись за саму шею вороной лошади. Осторожно посмотрел вокруг. Петя, хоть и дрожал, вроде бы держался молодцом. Слурк намотал поводья на свои культи. Эннати с достоинством держался в седле, как человек, привыкший обращаться с лошадьми. Особых проблем не возникло и у Лойва. Остальных рассмотреть мне не удалось. Лавр дунул в свисток.