А сейчас, сейчас есть только труп юноши, который она расчленила, вывезла и спрятала в том месте на кладбище недалеко от Дримхолла, где никто не найдет. Но это не единственное, что ей нужно закопать. Желтый дьявол хитер и коварен, ему удалось забрать много человеческих жизней, так пусть смерть Дункана будет первой и последней, к которой она причастна. Она не желает неограниченного богатства, Серый Ящик должен быть похоронен навсегда, как и бумаги Себастьяна, которые могут привести очередного гения к злосчастному богатству. И она решила закопать Серый Ящик и материалы Себастьяна здесь, на родной земле Дункана, как и частичку его тела в виде отрубленной кисти. Он хотел быть на родной земле вместе с Серым Ящиком, он будет на ней вместе с ним, своим детищем, навечно, это его желание ей под силу исполнить. Уже светает, пора завершать дело, хоть этот остров и малообитаем, почти безлюден, ей хотелось бы завершить все до рассвета.
Элина привстала, спустилась в яму и, протянув руки к стоящему рядом Серому Ящику, с трудом, но все же смогла приподнять и опустить эту пятидесятифунтовую махину на дно. Затем протянула руки и рядом с Ящиком положила сундук, в котором хранились все записи Себастьяна. Последним штрихом стала завернутая в полотенце отрубленная кисть Дункана, которую она достала из своей дорожной сумки. Развернув полотенце, виконтесса повертела в руках неживую кисть, словно, не желая с нею расставаться.
— Прощай, Дункан, — вымолвила Элина, приоткрыла Серый Ящик и аккуратно положила внутрь него кисть, после чего захлопнула творение ирландца.
Ловко выскочив из ямы, виконтесса взялась за лопату и с первыми лучами солнца стала быстро и решительно закапывать останки своего триумфального прошлого.
9. Корнуэлл, Англия, 30 октября 1900 г.
В красном полумраке просторной подземной комнаты, обставленной различными банками со всякими снадобьями и заспиртованными экзотическими насекомыми, пыльными книгами и жутковатыми картинами в аромате непривычных благовоний перед огромным столом сидела стройная женская фигура во всем черном. Эйлин внимательно смотрела на хозяйку помещения. Напротив нее сидела одетая во все желтое пожилая женщина с орлиным носом, длинными, темными и растрепанными волосами с вплетенными в них разноцветными нитями, украшенная причудливыми украшениями, бусами и четками, с желто-красной краской на лице и угольно-черными жутковатыми глазами, которые, казалось, пронзали насквозь.
— Плата твоя высока, милочка, но прежде чем я ее приму предлагаю тебе подумать, хочешь ли ты этого? Я чувствую в тебе незаурядную энергию, мне будет что рассказать о твоей судьбе, но прежде чем мы начнем, еще не поздно уйти и забрать с собой твой щедрый взнос. Если ты останешься, все, что ты сегодня узнаешь навсегда изменят твою жизнь. Кое-что тебе понравится, кое-что нет, но уйдешь ты отсюда уже другим человеком. Ты готова к этому? — спросила гадалка с сильным корнским акцентом.
— Готова, — коротко и решительно ответила Эйлин.
— Что же ты хочешь знать? — спросила гадалка, беря руки девушки в свои и прикрывая глаза.
— Завтра я хочу сделать кое-что. Некий обряд. Который сильно изменит мою жизнь. Стоит ли мне идти на это? — спросила Эйлин.
— О, это не просто обряд, милочка, — ухмыльнулась женщина в желтом, не открывая глаз. — Я вижу некоторое древнее таинство, которое не только изменит твою жизнь…Оно задаст тебе новый путь. Долгий путь, очень долгий путь. Это…нечто невероятное…Давно у меня не было таких посетителей…это…
Дама в желтом резко открыла глаза и убрала руки.
— Кто ты? — резко спросила гадалка.
— Меня зовут Элина Хейворт, и я…— начала виконтесса.
— Твое вымышленное имя меня не интересует, как и настоящее. Я спрашиваю не о нем. Кто ты? Кто послал тебя? Что тебе нужно?
— Меня никто не посылал, я сама пришла к вам. Мне нужно знать то, что вы видите. Два года назад моя жизнь резко изменилась, но это все ничто по сравнению с тем, что меня ждет завтра.
Пронизывающий взгляд черных глаз был настолько глубоким, что Элине показалось, будто в ее душу не просто заглянули, а перевернули ее вверх дном, заглянув в самые потаенные ее уголки.