— А мне-то откуда знать? Я не лошадь, — рассмеялся Педро. — А ты поэт, Джакомо. Бескрайние луга с сочной травой…
— Да иди ты! — воскликнул Джакомо. — Я серьезно говорю. Я вот что подумал. А что, если лошадь пришла сюда не сама?
Педро резко посерьезнел, до него дошло, к чему клонит старший.
— Орк-разведчик? — спросил он. — А где он может прятаться?
— Не знаю, — ответил Джакомо. — Да где угодно.
— Не бери в голову, — сказал Педро. — Скоро солнце сядет, орки ослепнут, тогда пойдем и увидим все своими глазами.
Некоторое время они молчали, а потом Педро спросил:
— А может, попробовать ее изловить? Мне бабушка однажды сказку рассказывала, будто древние диких лошадей специальными веревками ловили. Набрасывали веревку на шею, затягивали и ловили.
— Твоя бабушка ерунду говорила, — сказал Джакомо. — Сам подумай, кто ты и кто лошадь. Она как попрет со всей дури — никакая веревка не остановит. Огромная же зверюга.
— Ну, я не знаю, — сказал Педро. — А хорошо бы ее поймать.
Джакомо понимал, о чем думает Педро. Всем известно, что лошади панически боятся благословенных лесов, но позавчера оба воина видели своими глазами, как странный орк, предавший своих товарищей, ввел лошадь под сень деревьев и провел по проходу на ту сторону леса. Значит, как-то можно научить лошадь правильному пониманию путей бытия. И если это оказалось под силу презренному орку, то высокорожденным обитателям благослованных лесов это тем более по силам. А тогда… Это ж какая слава…
Война в орочьих землях перестанет быть уделом жаждущих славы юнцов. Военные походы приобретут новую цель, куда более высокую — расширить границы Великого Леса на весь мир и стереть с лица земли все гадкое племя богомерзких орков, мелкоглазых, корноухих и красножопых. Не придется больше высокорожденным воинам красться ночами по орочьим землям, а днем скрываться в рощах и зарослях кустарника. Не придется довольствоваться скудной добычей из убогих пограничных поселений. Эльфийское войско войдет в центральные земли Оркланда, обитатели которых кощунственно называют свою страну святым словом Барнард. Истинный Барнард — это благословенные леса, в нынешние времена они тянутся узкой полосой вдоль восточного побережья, но грядет четвертая эпоха, и тогда весь Барнард оденется в угодные богам черные одеяния. И перестанет последний орк осквернять землю. И предсказано, что поведет эльфийское воинство тот, кто впервые введет орочью скотину под сень благословенных лесов. Но это будет, конечно, не то красножопое существо, которое они встретили позавчера.
— Солнце зашло, — сказал Джакомо. — Пойдем, проверим. Я ведущий.
Они пошли. Осторожно, в боевом порядке: ведомый в пятидесяти шагах позади ведущего, в любой момент готовый придти на помощь, если от взгляда ведущего вдруг ускользнет мерзкое орочье отродье. Но такого не должно случиться, ночью орки беспомощны, как мокрицы на ярком свету.
А это еще что такое?
— Стой! — приказал Джакомо. — Хотя нет, иди сюда.
Со второго взгляда Джакомо понял, что замеченный им след не совсем свежий — пыльцу, осыпавшуюся с травяных метелок, унесло ветром, а репейный стебель, сломанный вражеским разведчиком, уже подсох на изломе. Значит, пока они сидели в укрытии и наблюдали, этот орк скрытно крался в траве, направляясь… непонятно куда. Впрочем, это неважно, след четкий, куда-нибудь да приведет.
— Идем по следу, ведешь ты, — приказал Джакомо.
Педро недовольно поморщился, но спорить не стал. Во-первых, со старшим не спорят, а во-вторых, большая часть заработанной славы всегда достается ведущему. Но он и рискует намного больше. В других обстоятельствах Джакомо не позволил бы напарнику отобрать у себя славу, но сейчас у него возникло дурное предчувствие. Раньше Джакомо не знал, что орки умеют перемещаться в высокой траве так же ловко и незаметно, как воины богоизбранного народа. Странный противник им встретился, непонятно, чего от него ждать. Лучше не рисковать.
3
«Ну как, понравился кусочек второй эпохи?» спросил Каэссар.
Серый Суслик не смог сформулировать ответ в словах, вместо этого он спроецировал на сознание Каэссара свои ощущения. Главным из них было, конечно, удовольствие. На втором месте стояло удивление, местами переходящее в недоумение. Некоторые детали оказались совсем не такими, как он ожидал. Например, во вторую эпоху люди пили алкоголь! И не просто пили, а делали разные извращенные напитки, главным компонентом которых был самый страшный наркотик во вселенной. Пиво, вино, ликеры всякие… А опиум, наоборот, не курили, потому что считали опасным наркотиком именно его. Они даже коноплю считали более опасной вещью, чем алкоголь. Странные люди!