— Как это произошло?
— Моя девочка гостила у этой дряни несколько дней, слуг отпустила. А когда решила ехать домой, меня не предупредила, я бы послала за ней людей.
Голос женщины стал сух и холоден.
— Была весна, было еще холодно и рано темнело, а эта мерзкая тварь даже не додумалась дать моей девочке провожатого. Моя дочь не доехала до дома. Уехала и не приехала.
Волков подумал, что на острове с березами, среди костей несчастных, есть и кости дочери госпожи Анны. Говорить женщине он об этом не стал. А она как почувствовала это:
— Я хотела бы найти ее, все, что от нее осталось, что бы схоронить, что бы у нее была могила, как у сына.
Солдат все равно не стал говорить ей о находках на березовом острове. Он спросил:
— А давно ваша дочь дружила с Хедвигой?
— С детства, другие дома нас не принимали, а фон Рютте всегда был рад. Дочь была просто влюблена в Ядвигу, только и говорила о ней. Та была старше да и умнее, дочь очень много времени проводила у нее. А служанка Ядвиги, эта страшная Франческа, знала кучу рыцарских баллад про любовь, про подвиги, девочки любят баллады про любовь и рыцарей.
— Франческа знала множество баллад? — удивился солдат. — Она, что, грамотная?
— Не знаю, грамотна ли Франческа, но рассказчица она прекрасная, судя по словам моей бедной девочки. — Женщина мгновение молчала. — Хотя я думаю, что Франческа грамотная. Она знала кучу анекдотов из жизни древних императоров.
— Что за анекдоты? — солдат сел на кровати, уставился на фрау Анну. — Что за императоры?
— Да не помню, я… Дочь пересказывала один анекдот про императора, что давал сыну нюхать деньги, которые он собирал за пользование общественным уборными. И спрашивал у того: пахнут ли они. Ну, так мне рассказывала дочь. — Фрау Анну заметно встревожило поведение солдата. — А что случилось, почему вы спрашиваете?
— Нет, ничего, — солдат откинулся на подушки, загадочно улыбнулся, — все хорошо, все хорошо.
⠀⠀
⠀⠀
⠀⠀
Глава тринадцатая
Умный монах
⠀⠀
— А что это за папская свинья в сутане? — Кричали ему гёзы.
— Давай-ка повесим его!
— Нет-нет, друзья, — отвечал им Ламме Гудзак, — эта папская свинья в сутане — очень умный монах, и он мне нужен для богословских бесед и толкования книг.
тром он мог бы спать долго. Госпожа Анна встала рано, и солдат мог бы валяться в огромной постели до обеда, но его разбудил слуга хозяйки. Он скребся и скребся в дверь, настойчиво бубня:
— Господин коннетабль, проснитесь, к вам пришли.
— Кто еще? Рань какая, солнце только встало, — орал Волков раздраженно. — Какого дьявола, кому там неймется?
— Монах вас добивается, еще до рассвета приперся, — рассказал слуга, госпожи Анны.
— Какого черта ему нужно? — отвечал солдат, не вставая с постели, хотя и сам догадывался, что дело монаха, возможно, связано с костями, что они нашли на березовом острове.
— Монах умоляет вас о встрече, он говорит, что вы его знаете, его зовут брат Ипполит.
— Не знаю я никаких братьев Ипполитов, — заявил солдат, надеясь, что на этом разговор будет закончен, он закрыл глаза, думая еще поспать.
Но слуга госпожи Анны не сдавался:
— Он умоляет вас о встрече, говорит, что по очень важному делу, и он торопится.
— Вот зараза, — Волков сел на кровати, он не высыпался уже давно, и вчера слушал фрау Анну до полуночи. И сейчас его будят, в такую рань. — Эй, ты, кто там за дверью, найди мои штаны. И моего болвана.
⠀⠀
Монаха он узнал. Это был тот молодой монах-лекарь, что накладывал ему первую повязку на плечо.
— Да благословенны пусть будут дни ваши, — торопливо заговорил монах, кланяясь.
— Здравствуй, чем я могу тебе помочь? — дружелюбно спросил Волков.
— Господин, все говорят, что вы поймали упыря, да…
— Упыря? — переспросил солдат. — Думаешь, это был упырь?
— Я его не видел, говорю со слов других, — произнес монах.
— Тем более что поймал его барон фон Рютте.
— А все утверждают, что поймали вы…
— Ты разбудил меня, чтобы сообщить мне об этом?
— Да нет, я пришел сказать, что он был не один, — быстро говорил монах, он явно торопился.
— Кто не один?
— Упырь! Он был не один!