Да вот только в Рютте его ждало разочарование. На площади, все еще толпились люди, хотя и не так много как вчера. А вот упырь был уже не тот. Огромная башка его свисла на бок, язык, черный, длинный вывалился. Глаза были закрыты. А сам он словно стек к низу, к ногам, и заметно потемнел.
Волков подъехал к стражнику и спросил:
— Что, подох, что ли?
— Подох, — стражник толкнул упыря древком копья, тот закачался, — еще на зорьке, обгадился и сдох, а утром с него потекло еще… — продолжал стражник, но солдат его уже не слушал. Он увидал трех всадников, что из-за спин пеших зевак разгадывали людоеда. Один из них был совсем молодой человек, и коннетабль узнал его. Ему вовсе не хотелось этого делать, но он двинул коня к этому юноше, что бы поздороваться. Доехав до всадников, он поклонился ему, не слезая с коня. Юноша ответил ему заметным кивком. Сопровождающие молодого человека тоже поклонились.
— Рад приветствовать вас, господин граф, и вас, господа.
Да, это был молодой граф. Именно его видел Волков в ночь поединка в замке госпожи Анны.
— Как вы его поймали? — спросил юноша, указав на упыря.
— Выслеживали несколько дней. Егерь с собакой с ног сбились, пока взяли след.
Солдат не стал говорить графу, что место лежки упыря указала госпожа Анна.
— Потом мы его сторожили ночь, а утром он вышел из болота, барон за ним погнался и поймал.
— Так это было что-то вроде охоты?
— Почти, господин граф.
— Очень жаль, что меня не пригласили, — с заметным сожалением сказал молодой граф.
— Это существо крайне опасно. Я бы не осмелился пригласить хозяина феода, не оставившего наследников, на такую охоту.
Граф не то хмыкнул недовольно, не то фыркнул, а крупный и богато одетый господин назидательно заметил:
— Вы зря фыркаете, граф. Коннетабль Рютте абсолютно прав.
Молодой граф покосился на говорившего и ничего не сказал, а господин из свиты продолжал:
— Кстати, от лица ландфогта города и земли Байренгоф, графа фон Шлоссер, приносит вам, коннетабль Рютте, благодарность за поимку этого дьявольского создания. Не так ли, племянник?
— Да-да, — торопливо произнес молодой граф, — я, ландфогт графства Шлоссер и земли Байренгоф благодарю вас, коннетабль. Ваш поступок считаю достойным восхищения.
— Ваша оценка, господа, для меня очень много значит, — солдат снова поклонился, — но, кажется, это не последний людоед в вашем феоде.
— Не последний? — спросил дородный господин.
— К сожалению, нет. И поэтому я вынужден просить вас о помощи.
— И что же вас нужно? Деньги, егеря, добрые люди?
— Нет, господа, мне нужен один монах. Зовут его брат Ипполит. И книга, где описываются повадки этих адских тварей. Эту книгу я сегодня видел в библиотеке монастыря. Чтобы найти второго людоеда, мне нужен этот монах и эта книга.
— Я тоже приму участие в ловле, — сказал молодой граф.
— Даже и не думайте, пока не оставите наследника, — оборвал его дядя. — А письмо будет отправлено аббату сегодня же. Напомните, какой монах вам нужен?
— Брат Ипполит.
— Хорошо, я запомню, — произнес дядя графа.
Волков поклонился, надеясь, что разговор закончен, но молодой граф тихо произнес:
— Коннетабль, давайте отъедем.
Эта просьба заинтриговала солдата, они отъехали чуть в сторону, чтобы дядя и сопровождающий их не слышал. Юноша косился на родственника:
— Чертов дядя приехал, ругает меня, одергивает даже при слугах и даже при вассалах, надоел уже.
— Старшие всегда нас раздражают, но иногда к ним нужно прислушиваться.
— Прислушиваться! Да он третий день упрекает меня за покупку этого коня, — юноша похлопал коня по шее.
Конь действительно был великолепен. Солдат сразу обратил на него внимание, но не знал, как завести о нем разговор. Он был черный, абсолютно черный с белой звездой на лбу и в белых чулках. Поджарый, резкий, молодой — конь был неслыханно хорош.
— Сто талеров, — оценил Волков.
— Сто двадцать, — с гордостью сказал юноша.
— Этот черный ангел стоит этих денег.
— Вот, а дядя называет меня болваном и транжирой, а коня сырьем для колбасника.
— Почему?
— Я сказал дяде, что поеду на турнир в Бье весной, где хочу выйти к барьеру.
Солдат не поленился, спрыгну с лошади и стал внимательно осматривать жеребца. Граф терпеливо ждал оценки.