Ночь окутывала улицы города плотной пеленой, скрывая тени и звуки. Детектив Бейл шёл по пустынным тротуарам, прижимая к себе дневник Клэр. Его шаги были быстрыми, но осторожными, как будто он ожидал нападения в любой момент. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь редкими звуками ночного транспорта, да шелестом ветра в кронах деревьев. Каждые несколько метров Ирвинг останавливался, чтобы осмотреться. Его глаза метались из стороны в сторону, проверяя каждую тень, каждый уголок. Он знал, что за ним могут следить, и не хотел рисковать. Ведь дневник, который он нес, мог стать ключом к разгадке множества загадок, связанных с убийством Клэр.
Путь к офису казался бесконечным. Ирвинг чувствовал, как адреналин пульсирует в венах, заставляя его сердце биться быстрее.
Наконец, он достиг здания, в котором находился его офис. Поднявшись по лестнице, Ирвинг остановился перед дверью, вытащил ключи и открыл замок. Войдя внутрь, он сразу же включил свет и осмотрелся. Всё было на своих местах, никаких признаков вторжения.
Несмотря на то, что дело стало проясняться, проблема была ещё в том, что он никак не мог найти решение ситуации, в которой он оказался. С одной стороны – он был на крючке у мафии, с другой – убийца, который всё ещё где-то на свободе. С третьей стороны – продажный губернатор, который пытается подкупить каждого, кто накопал хоть что-то грязное на него. Но что бы детектив не предпринял, в итоге он всё равно думал, что рано или поздно его ждёт смерть.
***
Детектив сидя поздно ночью в своем офисе, погрузился в размышления. Перед ним лежали разбросанные бумаги, фотографии и отчеты, свидетельствующие о сложной паутине событий, в которую он попал. Он был окружен тенями прошлого и неопределенностью будущего. Каждая попытка разобраться в ситуации приводила его к новым вопросам, ответы на которые ускользали, как песок сквозь пальцы. Убийство Клэр стало началом всего кошмара. Она была единственной, кто знала правду о губернаторе, и её смерть стала сигналом для Ирвинга, что дело гораздо серьезнее, чем он предполагал. Найти убийцу – значит приблизиться к разгадке всей этой запутанной истории. Но убийца, похоже, исчез бесследно, и детектив не имел ни малейшего представления, где искать.
Губернатор казалось, контролировал всю ситуацию. Он имел влияние на полицию, суд и даже мафию. Ирвинг подозревал, что губернатор замешан в убийстве Клэр, но доказательств у него не было. Губернатор был мастером игры в кошки-мышки, и каждое его движение было тщательно просчитано.
Ирвинг взялся за голову, чувствуя, как давление нарастает. Все пути, которые он рассматривал, вели либо к провалу, либо к смерти. Он понимал, что времени мало, и каждая минута промедления могла стоить ещё одной жизни. Но что бы он ни делал, страх за будущее и неуверенность в правильности своих решений не покидали его.
«Смерть». – подумал он, глядя в окно на тёмный город. – «Может быть, это единственный выход?»
Ирвинг сидел в темноте своего кабинета, нервно теребя края стола. Его взгляд блуждал по комнате, останавливаясь на каждом предмете, будто пытаясь найти ответ на свой мучительный вопрос. Голова гудела от мыслей, и единственное, что он знал наверняка, – это то, что ему нужно действовать быстро и аккуратно. В то же время, детектив Бейл задумался, а вдруг не губернатор, а Босс Бертонни убийца? Ведь Бертонни был известен своей жестокостью и непреклонностью. Ирвинг прекрасно понимал, что бегство от его людей – это лишь временная отсрочка. Рано или поздно они найдут его, и тогда придется отвечать за все. Но дневник Клэр – это ключ ко всему делу. В нем содержалась информация, которая могла бы раскрыть истинные мотивы её убийства и привести к разоблачению настоящего убийцы. Оставлять его у себя было слишком опасно, но и отдавать его Бертонни означало подписать себе смертный приговор.
«Бертонни всегда был вне подозрений». – подумал он. – «Никогда не было никаких доказательств его причастности к каким-либо преступлениям. Как такое возможно?»
Казалось, что Бертонни контролирует всё вокруг себя, как шахматный мастер, перемещающий фигуры на доске. Но ни разу не было прямых улик, которые могли бы связать его с какими-либо незаконными действиями.