Да, и Хедвигу было не чуждо сострадание. Да, он все также ненавидел светлых храмовиков и не особо жаловал Избранную, но глядя на то, как она грустно смотрит на звездное небо, что делала Лена довольно часто, ему странным образом становилось очень жаль эту девушку.
«Оказаться в чужом мире, взвалить на себя тяжелое бремя по поиску Тэлума и постоянно подвергать свою жизнь смертельной опасности — она не заслужила всех этих тягот, — так думал про себя охотник на нечисть, искоса поглядывая на Избранную. — И… однако, она знала, на что идет, соглашаясь искать Тэлум и пока что прекрасно справляется со всеми трудностями. Так что жалость по отношению к ней не уместна!» — закончил он свою мысль, видя, как Избранная возвращается к себе в палатку твердой уверенной походкой.
И даже сейчас, когда он понял всю нецелесообразность своей жалости по отношению к иномирянке, Хедвиг уже не мог игнорировать и отрицать тот факт, что с каждым днем его гнев по отношению к Избранной уменьшался, уступая место некоторой симпатии к ее человеческим качествам. Таким, как доброта, полное отсутствие высокомерия, почтительное отношение к каждому члену экспедиции вне зависимости от его статуса и социального положения, терпеливое сношение всех тягот походной жизни и отзывчивость.
******
Начался новый этап нашей экспедиции — болото и расставание с верховыми лошадьми, поскольку они не могут идти по болотистой местности. Еще на этапе планирования маршрута экспедиции было решено, что эту часть пути рациональнее будет пройти пешком.
Здесь, в этой роще невдалеке от реки и теперь разрушенного моста и был сделан долговременный привал для лошадей, двух человек, присматривающих за ними и трех раненных вместе с целителем, который должен помочь им быстрее восстановиться. Таким образом, отряд раскололся на две группы. Я с одной отправлялась в болота, другая — дожидалась нас. Встреча двух частей некогда единого отряда должна состояться тогда, когда мы найдем Тэлум, и тем же путем будем возвращаться обратно. А до этого момента они должны ждать нас здесь, под покровом деревьев, вблизи от пресноводной реки и с большим запасом еды, медикаментов и всеми условиями для приятной походной жизни.
Если через три месяцев после начала экспедиции мы не вернемся в крепость, откуда и начали свой путь, то военный отряд из Светлого королевства должен доставить оставшейся части группы провиант, медикаменты и в целом все необходимое, и они все вместе будут ожидать нас в течение трех месяцев. И так, согласно плану, общее время ожидания варьируется от трех месяцев и до двух лет.
А я вместе с остальными участники пробираюсь сквозь болотистую местность. Неприятное занятие, и к этому добавить нечего. Ноги по щиколотку уходят в грязь, кругом комары, а любой неосторожный шаг может привести в трясину и стать последним. Мне как человеку непривычному к подобной местности, переход давался тяжело. Но такой страдалицей была не одна я. В мою команду усталых, страдающих и грязных также вошла Белли и еще один маг, который получил ранения при стычке с троллями и еще не до конца восстановил свои силы. Учитывая мои просьбы, а иногда и просто мое измученное запыхавшееся лицо делались частые передышки. На какую-то долю времени они давали прилив сил, но его хватало ненадолго.
К концу дня все были изрядно уставшими, грязными и вымотанными. Даже, казалось бы, выносливые охотники на нечисть наряду с магами и те были не в лучшей форме. Положение усугублялось еще и ядовитыми парами, которые испускало болото в некоторых местах. Здесь, на месте нашего привала, воздух был лишен испарений, однако они могли появиться в любой момент. Именно поэтому все постоянно были на чеку, и каждый имел что-то вроде противогаза, только работающего благодаря магическим артефактам.
Небольшой островок в этом бескрайнем крае трясин приютил нас, специальные артефакты (а в некоторых случаях и просто магия) помогли согреться и почистить одежду от грязи, а спальные мешки после трудного марш-броска показались райским местом, где невероятно мягко, уютно и тепло.
Заснула я быстро. Сон мой был безмятежным и коротким. Да, ранние подъемы никто не отменял. За все время моего пребывания в Светлом королевстве я так и не смогла поспать вволю, поэтому, когда вернусь домой, уделю время родным и близким, непременно наверстаю упущенное. Но пока это только мечты. Эх, сложна жизнь новоиспеченной Избранной-премницы. А сколько опасностей ее подстерегает на пути к Тэлуму! И не счесть! И все, что было до этого: разломы, тролли и ловушка с мертвецами — это только цветочки, ягодки впереди! Ох, Елена Светлова, и угораздило же тебя!
А вот сейчас меня действительно угораздило. Если бы Стейндмонд, шедший рядом, вовремя не поймал меня, то была бы я в трясине, слилась воедино с природой, так сказать. И это не первая моя оплошность за сегодня. Началось все с того, что меня — единственную из отряда — чуть не укусил плотоядный цветок кислотно-розовой расцветки, затем я несколько раз уходила по колено в грязь, далее зацепилась за ветку и украсила свою голову венцом из трав, свисавших с деревьев плотной бахромой. Но это были «пустяки». Ближе к вечеру, когда мы пересекали особо топкие места, случился разлом. Он был совсем не вовремя, так как лавировать в трясине крайне сложное занятие, однако фортуна улыбнулась нам. Разлом появился как раз над трясиной и вся нечисть, появившаяся из нее — группа умертвий и несколько огнедышащих существ очень похожих на земных лис угодили в как раз эту трясину и не причинили нам никакого вреда. Не считая этого происшествия, в целом вечер прошел спокойно, а ночь пролетела быстро и незаметно.
Третий день запомнился желтыми ядовитыми испарениями, через которые мы пробирались в противогазах, и неприятной встречей с вэрками — мелкой болотной нечистью, питающейся в основном лягушками, болотными птицами и на десерт потерявшимися путниками. Победа, разумеется, была на нашей стороне, и в честь нее и одного особо почитаемого праздника Светлого храма, отмечаемого именно сегодня, был устроен небольшой пир со сладостями и горячим пряным напитком, по вкусу напоминающим глинтвейн без алкоголя. Для всех это была эмоциональная разрядка, своего рода поощрение за былые старания и подбадривание на новые успехи. Все веселились и поздравляли друг друга с праздником. И только я, в душе не разделяющая их религию, и атеист Хедвиг Палм, были не так веселы и радостны, как остальные. Чтобы не омрачать веселья остальных и не вызывать лишних вопросов (как это Избранная — номинально главная жрица Светлого храма, не радуется превозносимому ей празднику) отсела подальше от остальных и изобразила на своем лице подобие улыбки. А потом и улыбка сникла, как ни крути, а актриса из меня не очень. И на настойчивые вопросы, почему я грущу и не праздную, отвечать не особо хотелось, поэтому я незаметно ушла туда, где меня наверняка никто не побеспокоит. Вернее к тому, возле кого не побеспокоят, поскольку знают о его нетерпимости к религии. Здесь мы с Охотником на удивление стали едины и заняли одинаковую позицию. Сначала было неловко находиться в столь непосредственной близости от своего злопыхателя, но его предложение выпить за успешное окончание экспедиции помогло раскрепоститься и уже через некоторое время мы мило беседовали о болотной нечисти, а затем разговор плавно перетек на забавные случаи, непосредственно связанные с обитателями топких мест. Хедвиг оказался очень интересным рассказчиком, и меня то и дело распирало на смех. В целом за все время нашего вынужденного общения он не проявлял ко мне никакого негатива. Все-таки иногда общие трудности сближают.