Когда таймер показывал, что мне оставалась быть статуей несколько секунд, к моей камере пришли стражи. Один из них открыл дверь тюремной камеры, после чего в не вошли несколько воинов.
— Нарушитель Мистик, согласно указу капитана стражи Добома Справедливого, я, старший второго отряда гвардейцев Аломб, буду следить за исполнением наказания.
— Кажется, он еще не пришел в себя, — сказал один из сопровождающих его стражей, видя, что я никак не реагирую на его слова.
— Странно, — удивился Аломб, — Действие окаменения, должно было уже закончиться.
— Говорят, что бы обратить его в камень сработали сразу две башни порядка, может эффект увеличился? — Предположил все тот же страж.
— Окаменение, вроде прошло, но он не может двигаться, — осмотрев меня со всех сторон, подытожил Аломб, — Отнесите его штаб нашего отряда гвардейцев. А так же вызовите старшего дежурного мага. Кажется, случился сбой в работе башен, пусть разбирается.
Том 3. Глава тридцать шестая: «тест», часть 1
Хорошо, что как только пропал эффект окаменения, я не принялся за настройку работы персонажа. Во-первых, это бы смотрелось странно, и не понятно как бы отреагировали НПС, если после их слов я бы стал просто махать руками или поднимать ноги. Во-вторых, когда несколько стражей взяли меня за руки и ноги, чтобы отнести в штаб гвардейцев, со стороны могло показаться, что я все еще обращен в камень. Скорей всего так и подумали те, кто видели, как меня несут. Их взгляды были полны злости и недоумения. Кажется, они не просто случайные прохожие. Предполагаю, что они пришли именно ради встречи со мной.
Как только меня вынесли из городской тюрьмы, более двадцати игроков хотели преградить путь стражам. Но увидев, что я все еще нахожусь в той же позе, в какой меня уволокли в тюрьму, резко остановились. Кажется, в их планах произошел сбой. Наверняка они хотели просто убить меня, что бы с меня выпал недавно подобранный артефакт. Но если я все еще под действием окаменения, то толку от такой атаки будет никакого. План довольно эффективен, хоть и подразумевает, что кто-то из нападавших, так же как и я будет обращен в камень. Решительные ребята, раз готовы пожертвовать своим товарищем, что бы вернуть перстень. Наверняка они работают на покупателя, что так и не дождался своего купленного товара. Пока они решали, что делать, мы миновали их и вышли на главную улицу. После этого к нам присоединилась еще одна группа стражей и магов.
Всю дорогу новоприбывший маг объяснял Аломбу, что такого просто не могло произойти. Старший гвардеец же насмехался над ним, говоря, что если тот прав, то я просто притворяюсь. После чего приказал поставить меня на голову, ногами вверх, доказывая волшебнику, что я все еще обездвижен. Маг полюбовался мной и пару раз ткнул в меня своим посохом, после чего сказал, что не понимает, почему я в таком состоянии. Так же он пояснил, что даже, если на меня сработала магия от двух башен, то их магический эффект не суммируется, после чего сказал, что этот случай нужно более детально изучить. После этого меня снова взяли за мои конечности и понесли в штаб гвардейцев. Из своего положения я мог ясно видеть, что те игроки, которые встретили нас на выходе с тюрьмы все еще следовали за нами. Судя по их лицам они не знали что делать и ждали указаний от своих нанимателей.
Тем временем меня занесли в казармы гвардейцев, где было по моим скромным подсчетам более полусотни стражников. Так как я все еще считался преступником, меня поместили в одну из камер. Она явно была лучше, по сравнению с городской тюрьмой. Чистое светлое помещение с мебелью и хорошей кроватью. Если бы не решетки на окне, то можно было утверждать, что я оказался в номере гостиницы. А самое главное, что кроме стражников города никому нельзя было посещать это место. Здесь я почувствовал себя полностью в безопасности. А нелепые попытки мага рассеять магию окаменения, очень меня веселили не давая умереть со скуки.
Понимая, что как только я приступлю к настройки своего КРП и смогу двигаться, мне предстоит оплатить штраф или отправиться на шахту, я решил ничего не делать. С наружи меня поджидают ребята, что при первой же возможности готовы меня прикончить. Если я умру, добытый мною перстень, как и другие мои вещи, которые я недавно получил с вероятностью в семьдесят процентов, могут из меня выпасть при смерти. Если бы не бонус к сохранности от моей заплечной сумки прислужника, то я потерял бы их на все сто процентов. Все что я могу сделать, чтобы увеличить свои шансы на то, чтобы ничего не потерять, так это просто ничего не делать. Вот так второй раз за день я стал живой статуей, но уже добровольно.