Выбрать главу

Боже мой! Звук и вправду внутри меня! Сейчас он на темени — а раньше был где-то сзади. Скорее всего, в затылке. Хлоп — хлоп — хлоп: медленно, неумолимо, нечто движется внутри моей головы!

Уверившись, что источник звука, чем бы он ни был, находится внутри меня, я прихожу в возбуждение и не на шутку пугаюсь. «Расслабься! Расслабься!» — говорю я себе. «Чем бы это ни было, оно все равно происходит. Пусть оно идет своим естественным ходом. Сопротивляясь, ты еще больше осложнишь и запутаешь ситуацию. Расслабься и вспомни о Боге».

Будто попав под воздействие колдовских чар, я вслушиваюсь в мягкие звуки, которые движутся вперед по определенной линии. При этом одна часть меня, как зритель на фантастическом представлении, сидит и наблюдает, а другая часть сама является «страдательным лицом» невероятного происшествия. Очень медленно, словно распускаемый стежок за стежком шов, линия звуков продвигается вперед — пока не достигает границы между волосами и лбом.

Теперь потрескивающая линия начинает спускаться вниз по голой коже. Подобно крошечным лапкам муравья, ползущего по прямой тропинке, ощущение незаметными рывками преодолевает выпуклость лба. Я могла бы поклясться, что это муравей, но знаю, что бессмысленно открывать глаза и пытаться его поймать, ибо каждый шаг муравьиной «лапки» сопровождается мягким хлопком. Медленно опускаясь, линия звуков достигает того места, которое в древних писаниях называется «третьим глазом». Еще один мягкий хлопок — и моя носовая полость внезапно полностью прочищается. Тишина. Я сижу неподвижно.

Затем, один за другим, из затылочной части моей головы всплывают отдельные «пузырьки» и следуют по тому же маршруту. Вверх, вверх, через макушку и вперед — пузырьки движутся в бесшумном потоке, завершая свой путь в «третьем глазе» (там же, где остановились хлопки). Потом все снова приходит в нормальное состояние. Я заставляю себя ненадолго отрешиться от медитативного состояния, открываю глаза и… замираю, пораженная. Все мое тело «поет» от вибрации, которая особенно сильна в области таза, и я чувствую себя удивительно хорошо.

Подождав несколько минут и не обнаружив никаких признаков дискомфорта, я решаю, что могу спокойно приступить к четвертой серии дыхательных упражнений. Я снова концентрирую вибрацию в одной точке тазобедренной полости и направляю ее — своим дыханием и взглядом — вверх по воображаемой траектории, проходящей внутри моего тела. Покончив с этим, я спокойно наблюдаю за последствиями: теперь поток пузырьков устремляется по тому же маршруту. Пузырьки бегут, как череда лыжников за санями, проложившими колею в снегу. Что там ползущие муравьи или единичные пузырьки! Новые пузырьки несутся неиссякаемой стремительной лавиной. Фонтан пузырьков безостановочно брызжет из моего затылка, и его струи перехлестывают через макушку, стекая на лоб. Ручьи пузырьков извергаются, чтобы со всплеском бултыхнуться в мой третий глаз.

Несколько минут я нахожусь в трансе, наблюдая за этим внутренним спектаклем. Потом понимаю, что, должно быть, медитирую уже очень долго. Мне нужно взглянуть на часы. Постепенно я переключаю свое внимание на внешний мир, открываю глаза и перевожу взгляд на наручные часы: 6:20 пополудни! Через десять минут я должна выйти из дома! Я пробыла в медитативном состоянии более полутора часов и ни разу не вспомнила о времени. Я беру себя в руки, встаю, одеваюсь и выбегаю из дому — ведь меня ждут. Пока я еду в машине, крошечные водяные пузырьки продолжают струиться по моему лбу. Я не «просыпаюсь» — ибо это не было сном!

(Блокнот, 2 июня 1977 г.)

Весь вечер я была занята и старалась не думать о своем внутреннем приключении. Только изредка пузырьки напоминали о себе тоненькой струйкой. Домой я вернулась поздно, легла спать, видела сны, и на следующее утро вполне могла бы подумать, что все это мне приснилось. Но когда я на рассвете открыла глаза, энергия, подобно искрам костра, вспыхнула в моей голове и каскадом обрушилась на лоб. Она никуда не исчезла.

Это «открытие» моего «канала» произошло вскоре после того, как закончился многомесячный курс акупунктурного лечения. Сеансы иглоукалывания произвели такое радикальное улучшение моего самочувствия (дав мне к тому же ощущение телесной вибрации, ясность ума и хорошее настроение), что я не желала терять эти новые преимущества. Раньше я даже не понимала, как хорошо могу себя чувствовать. Я не задумывалась о том, что мое тело работает не в оптимальном режиме, и привыкла довольствоваться отсутствием явных болезней. Хроническая астма у меня прошла; прыщи исчезли; обычные вирусные заболевания приходили и уходили. Я ела с большим аппетитом, чем в юности, гораздо чаще танцевала и стала сильнее. Однако я быстро уставала, в середине дня чувствовала упадок сил и ложилась отдохнуть — я знала, что с такой конституцией родилась, таков мой удел, и к нему нужно просто приспособиться.