Мое тело стало для меня учителем. По мере того как развивался процесс медитации, как воображение уступало место опыту, а представление о движущемся по каналам потоке переходило в соответствующее ощущение, я делала множество открытий. Я всегда полагала, что термин «поток энергии» — метафора, подразумевающая жизненную силу вообще, а не что-то конкретное. Китайцы называли этот поток «ци», индусы — «прана», греки — рпеита, римляне — spiritus. Я думала: если сосредоточиться на какой-то части своего тела, можно, наверное, ощутить тепло или понять по неким расплывчатым признакам, что эта материя «живая», — но не более того.
Благодаря открытию канала, описанному выше, я с изумлением обнаружила, что «поток энергии» существует в буквальном смысле. У него есть своя специфика. Его так же нельзя спутать ни с чем другим, как не спутаешь включенную лампу с выключенной. Когда мой язык принимает нужную для медитации позицию, я как бы втыкаю в розетку вилку электроприбора. Связь замыкается, и энергия в буквальном смысле начинает двигаться по моему телу. Она осязаема; она слышима; она почти что видима.
Я также удивилась, что вначале движение потока было более медленным, чем я предполагала. Когда ток в моем теле стал реальностью, то оказалось, что он просто ползет — по сравнению с тем темпом, на который я рассчитывала. Пытаясь «запустить» энергию по траектории, я считала от одного до шести, одновременно прослеживая «внутренним оком» путь от копчика по позвоночнику к макушке головы. Когда поток внутри меня действительно пришел в движение, я заметила, что он отстает от моего мысленного счета. Делать нечего — пришлось считать медленнее, и в конце концов я сумела добиться соответствия между тем, что рисовала в своем воображении, и тем, что на самом деле происходило во мне.
Я училась у себя самой. Ток упорно прокладывает себе дорогу, осваивая все новые закоулки и щели; у него есть собственный «разум». Как только я запускаю его по главным каналам (заднему и переднему), играющим роль центральной автострады, он сам начинает подсказывать мне, где можно свернуть в сторону — на большое шоссе или проселочную дорогу.
Каждый день, каждый медитативный сеанс приносил новое открытие, новое озарение. Каждая ночь, каждый увиденный сон давали все более ясные символические подтверждения тому, что я запустила в себе мощный преобразовательный процесс. Многие загадки стали для меня проясняться. Я жадно насыщалась этим восхитительным приключением — и заработала несварение желудка, резь в глазах, боли в шее и голове.
Я переусердствовала с медитацией. Желая получать все больше бодрящих ощущений, которые она мне дарила, я целый месяц медитировала по два-три часа каждый день. Я стала настолько бодрой, что перестала спать днем. Потом я вообще почти перестала спать и почувствовала, что держусь на ногах как-то нетвердо. Мой организм до такой степени перегрелся, что язык приобрел ярко-желтую окраску. Ощущение, будто по мне кто-то ползет или что-то стекает, так сильно внедрилось в мое сознание, что забывать о нем во время работы становилось все труднее. В глазах что-то кололо; в других частях тела тоже появлялась странная тупая боль; я стала раздражительной. Точно так же, как мне трудно остановиться во время еды, потому что все кажется очень вкусным, мне было трудно осознать, что я медитирую чересчур долго и усердно, — потому что во время сеанса я чувствовала себя прекрасно. Даосы сказали бы, что мое тело не успевало впитывать энергию, которую я высвобождала. Я не хотела жертвовать положительными результатами своего эксперимента, но в то же время испугалась появившихся неблагоприятных симптомов и вспомнила о других опасностях, которые, возможно, меня поджидали. В общем, я решила, что мне необходима чья-то помощь.
Я резко сократила время сеансов и занялась лихорадочными поисками специалиста по даосской медитации. И как раз в этот момент такой специалист объявился в нашем городе — в силу некоей таинственной закономерности, которую Юнг назвал бы «синхронностью явлений».
Мастер К_____ приехал из континентального Китая, чтобы навсегда поселиться в Калифорнии. Прекрасный знаток даосской медитации, благородный и мягкий человек, он проанализировал мою технику и исправил мои ошибки. Он порекомендовал мне особые упражнения для укрепления тела, чтобы мой организм мог выдерживать поток пульсирующей в нем энергии, которая возросла настолько, что, казалось, разрушала все внутри. Он обучил меня самомассажу, позволяющему снижать давление, если оно подскочило в ходе медитации. С мудростью, основанной на вековых знаниях, он снова и снова сам демонстрировал мне эту практику, чтобы я поняла, каким образом, в каком направлении и зачем нужно перегонять энергию. Я постоянно обучаюсь у него. Боли ушли, а вибрация осталась.