Главная моя потеря, которую я никогда так и не смогу заменить, как свою руку, это Пьер. Это мой дом со всеми его жителями. Это вся моя жизнь. Черт, и нужно постараться, чтобы сохранить то единственное, что осталось от всего этого, – Софию. Я уже понимаю, что изменился. Да, мне страшно, но при этом я остро жажду отомстить тем, кто сломал мне все. Жестоко отомстить, без пощады. Я все так же не хочу лишних конфликтов, но это мое желание не утихнет, пока они не умоются кровью.
Злость начинает переполнять меня, вытесняя страх, и я уже по-другому смотрю на высокий забор и завод, спрятавшийся за ним. Это небольшая преграда на моем пути, и я преодолею ее, невзирая ни на что.
– Я вижу, ты уже подготовился, – надо мной раздался голос Джима, успевшего незаметно подойти поближе, – и это отлично, потому что совсем скоро начнем.
– Каков план? – спрашиваю я, поднимаясь с земли.
– Всем готовность минута! – внезапно кричит Джим, бросая взгляд на свои наручные часы. Бойцы тут же начинают суетиться, заканчивая приготовления под напутствующие слова Рамона, а лысый бульдог поворачивается ко мне. – Сейчас первая группа атакует их неподалеку от нас, создавая больше суеты. Как только туда подтянется побольше силы, с противоположной стороны начнет действовать вторая группа, создавая уже полноценную картину реальной атаки. Спустя две минуты нападем мы. Первая группа отойдет к нашей текущей позиции, гарантируя коридор выхода. Ну, а нам нужно будет просто найти твою девушку и вытащить ее. Тут останется лидер с несколькими бойцами, чтобы сохранить автомобили, и мы сможем быстро отсюда убраться по окончанию. Вкратце, так, – спокойно пояснил он, расслаблено глядя на завод. Словно это уже гарантированная добыча, которая никуда не денется от хищного взгляда этого лысого, так похожего на бойцовского цепного пса.
Внезапный недалекий взрыв встряхивает всех, заставляя напрячься. Он еще не успевает стихнуть, как за ним следует еще несколько. И почти сразу раздается активная стрельба, только слегка приглушенная из-за разделяющего нас расстояния. Присутствующие бойцы покрепче сжимают свое оружие, готовые начать в любой момент. А одна четверка даже вооружена гранатометами и целой связкой зарядов к ним. Напряжение начинает все сильнее нагнетаться, ощущаясь чуть ли не физически. К звучащей стрельбе внезапно добавляется новый грохот от изрыгаемых очередей пулеметных турелей. Никаких криков умирающих товарищей не слышно, но слух будто сам придумывает их, вызывая оскал ярости на лицах присутствующих людей.
Следующая цепочка взрывов почти скрывается за звуками боя. Но чуткий слух Джима все же улавливает их, и лысый командир поднимает руку вверх, демонстрируя два вытянутых пальца. Отсчет пошел, но, черт возьми, как же медленно идет время. Активная стрельба не утихает, отвлекая силы противника на себя.
Мое сердце все ускоряет свой ход, заставляя сжать винтовку что есть силы. Пальцы на правой руке белеют, а красная точка прицела в глазах пытается найти врага, но тщетно. Нужно ждать. Ждать и ждать, ничего не делая, пока остальные воюют. В груди глухо бухает, а я пытаюсь выдохнуть, выпуская напряжение. И в этот же момент, словно спустя часы томительного ожидания, отсчет наконец-то закончен.
– ХОДУ! – орет Джим, и бойцы моментально срываются с места, не сдерживая свои крики. Я несколько замешкался, но общая волна жажды действа захлестывает и меня, буквально толкая вперед, в сторону высокого забора с колючей проволокой.
Четверка с гранатометами пробегает всего метров двадцать и, практически не замедляясь, открывает огонь. Струи пламени вырываются позади замерших на миг фигур, и мощные снаряды устремляются в цель. Цепочка взрывов накрывает ближайшие турели, разнося их бронированные корпуса. Бойцы моментально начинают перезаряжать гранатометы и сразу же следуют за вырвавшимися вперед.
А первые достигшие стены уже крепят взрывчатку на стене, выставляя таймер на детонаторе. Мощная блямба странной конструкции резко выделяется на поверхности, но ненадолго. Спустя всего десяток секунд она вспухает пламенем, и каменные блоки стены сносит направленным взрывом, выталкивая все на территорию завода. Пыль еще не успевает осесть, как первый боец уже скрывается внутри, прорываясь через разрушенное препятствие. За ним уже следуют остальные, а Джим все торопит: