— А вот и мой страж, — нежно промурлыкала девушка. Пленительный, бархатный голос обволакивал теплым туманом. Девушка картинно соскользнула с кровати и медленно подошла, покачивая крутыми бедрами из стороны в сторону. Танец бедер гипнотезировал. Сознание уносило от все нарастающего, ноющего болью вожделения. Сердце сорвалось на бег, разгоняя кровь до стука в ушах. Еще чуть-чуть и…
— Выпей со мной, и нам обоим станет тепло и уютно, совсем нестрашно в эту темную ночь…, - девушка протянула серебряный кубок. Элладиэль перехватил сосуд, удерживая заодно и теплую руку с тонкими пальчиками, так грозно и забавно заканчивавшимися острыми ноготками. Почему-то в этот момент он вспомнил сразу две вещи: серебряную флягу из сказки для Мари и когтистую руку своей драконицы-змеедевы.
Воспоминание немного отогнало морок возбуждения, Элладиэль не торопился отпить темно-красное, пахнувшее специями вино:
— Отчего госпожа боится полнолунья? — стараясь всеми силами отвлечься от терпкого искушения, спросил Владыка, слыша самого себя как через толщу воды.
— Говорят, самые злые демоны вырываются в эти ночи из Ада, — с насмешкой мурлыкнула девушка.
— Вот как? — удивился тону Элладиэль. Он ожидал разбойников, пиратов, волков, на крайний случай волколаков или вампиров. А тут… прям сразу — и демоны ада! Неужели каких попроще страхов не нашлось?
— А разве твой мир не защищен от демонов?
— И кем же? — усмехнулась красавица, заставляя глаза собеседника увлечься её припухлыми губками. Их хотелось коснуться, мягко, сначала рукой, потом губами. Отвечая на взгляд Владыки, баронесса улыбнулась краешком рта и вдруг прильнула поцелуем к его руке, все еще сжимавшей кубок. Делая это, баронесса не сводила темно-изумрудных глаз с Элладиэля.
Владыка ошалело замер. Первым и самым естественным желанием было отшвырнуть кубок и одним движением отправить красавицу на ложе, где тут же к ней и присоединиться. Естество ныло нестерпимо, до резкой боли в паху, подчиняя сознание себе и выкручивая волю. Бросало из жара в холод.
Но Элладиэль не шелохнулся, заставляя всего себя сосредоточиться на словах девушки.
«Кто же защитит…», — все крутилось воспалённом от возбуждения мозгу и не находило ответа.
— Баронесса, а почему тебя надо защищать от демонов? Неужели ты заключила с ними сделку? — хрипло, с выдохом спросил он в ответ, едва справляясь с похотливым желанием.
Гипнотический взгляд змеино-изумрудных глаз вдруг стал стеклянным. Вместе с этим отступило и возбуждение. Элладиэль выдохнул с облегчением. Немного трезвея, он вдруг понял, что приступ безумной похоти был чем-то, не кем-то, а чем-то спровоцирован. Чем же?
Вино он отставил в сторону и сразу уловил напряжение в позе баронессы. Стремясь вернуть словоохотливость молодой госпожи, Элладиэль осторожно перехватил руку красавицы, потянул на себя и глубоко вдохнул аромат.
Дивный, пленительный, абсолютно совершенный. Похожий аромат источал тот, кого Элладиэль некогда очень любил.
— Скажи, о чаровница, откуда у тебя вытяжка из моей крови? — на самое ушко шепнул Владыка. Девушка дернулась, стремясь высвободиться из объятий, неожиданно ставших тисками.
— Я не понимаю, о чем ты! — вскрикнула баронесса.
— Брось, нам с тобой ни к чему чужие уши и глаза, не так ли?! — тихо шептал Элладиэль, по тембру и тону нельзя было понять, злиться ли он, или заигрывает. Но девушка начала дрожать. — Едва ли барон оценит твои проделки, я бы на его месте не оценил. За такое можно и на костер угодить… Но костра ты не слишком-то боишься, как и праведного гнева мужа. Зато демоны из Ада тебя очень даже волнуют! Это они тебе дали вытяжку?
— Пусти! — прошипела баронесса. — Хам! Невежда!
— Любезная, тебе хоть объяснили, против кого ты строишь чары? — невинно улыбаясь, продолжил Владыка.
— Да как ты смеешь! — взвыла баронесса. — Я…
— Будешь жаловаться, верно? — Элладиэль и не думал отпускать. — Уже на этой неделе, а может, даже завтра! Ты придешь к своему напыщенному индюку-барону и расскажешь, что я, или, что куда лучше и предпочтительней, мой брат, тискали тебя где-нибудь на сеновале. За что нам не сносить головы. Верно?
— Не смей!
— Кто дал тебе вытяжку из моей крови?! — прорычало пространство. Девушка испуганно сжалась. Элладиэль отпустил все путающие его чары и предстал перед ней таким, каким был на самом деле. Владыкой Вечного Поднебесья.
Баронесса упала на колени и закрыла лицо руками, крича как от боли.
Элладиэль теперь видел все в истинном свете. Перед ним распласталась хроменькая и горбатая деваха, опутанная таким количеством чар, что скорей напоминала кокон. Всю её комнату пронизывала паутина, сотканная из черных нитей. Везде стремилась пробиться хмарь. Потому несчастные горничные госпожи уставали бороться с плесенью на белье и простынях, и сколько бы комнату ни сушили, гнилостный запах погреба никак не хотел её покидать.