– Долго я вас слушал, – вдруг вступил в разговор Анатолий Иванович: – Конечно, вы лихо можете цеплять слово за слово, только вот кое-что выдаёт вас с головой. – в наступившей тишине он обвёл всех высокомерным взглядом, толкнув меня под столом ногой, продолжил: – Старая песня – нет добра, нет зла, всё что происходит – «взаимообусловлено и неизменно». – перекривил он презрительно: – Женю вам удалось охмурить, а меня … Я не пацан и такими песнями меня не соблазнишь. – он грозно нахмурился, пронизывая всех подозрительным взглядом: – И знаем кому это выгодно, уж тут далеко причину искать не надо… Белыми нитками шито-крыто…
Глава 16
И вдруг, что-то произошло. Анатолий Иванович мгновенно побледнел, не отводя наполненного ужасом взгляда от чего-то у меня за спиной, у него из рук вывалился и с тихим звоном разбился бокал. Все застыли, глядя мне за спину, откуда до меня вдруг донеслось тихое стрекотание. Ужас холодным своим дыханием парализовал меня.
«Не оглядываться! – Закрыть глаза и не оглядываться..!» –заколотились упругими шарами мысли у меня в голове: – «Не смотреть..!» Артур, не отводя сосредоточенно-напряжённого взгляда из-за моей спины, в замедленном жесте положил свою ладонь мне на локоть, чуть сжав его. И я закрыл глаза, вместе с теплом его ладони я ощутил уверенность – всё хорошо…
Стрекотание походило на шелест крыльев огромного насекомого, оно несколько усилилось, и я ощутил, как лёгкие порывы воздуха коснулись моих волос, вслед за этим стрекотание начало затихать, удаляясь… И вскоре, уже ни что не нарушало тишины, и только гупал тревожно пульс в ушах. Я открыл глаза, смертельно бледный Артур виновато и почему-то беспомощно улыбнулся, убирая свою руку с моего локтя.
–Что это было? – осипшим голосом спросил я, расслабляя сведенные судорогой страха мышцы. Анатолий Иванович странно хмыкнул, подозрительным взглядом обводя г-на Субуй и Артура.
– То, чего мы не понимаем. – отрывисто и хмуро сказала Лайф.
– Кое-кто очень даже хорошо понимает… – с угрозой протянул Анатолий Иванович, поднимаясь и кивая мне, приглашая за собой на выход. Ни чего, не понимая, обвёл я всех вопрошающим взглядом и поднялся. Ни кто не сделал попытки мне что-то пояснить или задержать. Во взглядах г-на Сибуй и Артура читалась спокойная уверенность. Лайф же смотрела с явным осуждением. И всё же, преодолевая непонятное внутреннее сопротивление, я пошёл к ждущему у выхода Анатолию Ивановичу. Он увлёк меня за собой, молча шли мы сумраком теперь уже зловещих коридоров, пройдя лестничный марш, вошли в комнату, уставленную высокими застеклёнными стеллажами. Анатолий Иванович обернулся ко мне:
– Усёк, что происходит? – нервно потирая руки, забегал он по комнате: – Разворачиваются кошмарные события… Кто бы мог подумать… Бры… – передёрнул он плечами от омерзения.
– Что это было? – спросил я его, пытаясь от него получить внятный рассказ о прошедшем: – Хоть вы внятно объяснить можете?
– Что было, что было? – досадливо поморщился он, и вновь исказила его лицо гримаса омерзения: – Ужасно было! – как бы пытаясь стереть липкую паутину с лица, он несколько раз провёл по нему ладонью: –Такая гадость… Бр…р…Чему и названья нет. И странно, что при этом ни чего не произошло..? Казалось бы, столь явные намерения..? – он зябко передёрнул плечами:– Лучше не вспоминать. – Решительно обернувшись ко мне, вдруг заявил: – Это предупреждение. Надо срочно принимать меры, – оружие? Конечно же, нужно вооружаться! – и кинулся к стеллажам.
– Вот это, то, что надо… – послышался восторг в его голосе, с хрустом раскрывал он дверки стеллажей, доставая оттуда отблескивающие полированными ложами винтовки, с недовольным видом осматривая их и отбрасывая в сторону. Оглянулся недоумённо на меня:
– Иди сюда, чего ты там ждешь? Пока эта гадость и сюда явится?
Подойдя ближе, я заглянул, в поблескивающее тусклой воронённой сталью оружия, нутро стеллажа. В оббитых чёрной тиснённой кожей фигурно вырезанных гнёздах стояли винтовки, ружья и карабины – разнообразие их поражало: тут были и снайперские армейские винтовки, и коллекционные с богатой золотой чеканкой охотничьи ружья, и многозарядные автоматические винтовки всех времён и различных армий… В нижних выдвижных ящиках стеллажей высланных золотистой замшей, покоились пистолеты и револьверы, удивляющие филигранной отделкой и богатством украшений, больше похожие на ювелирные украшения, чем на оружие…
От многообразия оружия у меня захватило дух, забыв на мгновение обо всём, как мальчишка приник я к стеллажам. Вскидывая винтовки к плечу, вглядывался в прицелы, ловя на мушку различные предметы, прикасаясь к курку пальцем, ощущая сладость могущества, таящегося в тяжести оружия в вере в его совершенство… Восхищала меня совершенная оптика с переменным фокусным расстоянием, удивляла новизна и необычность лазерных прицелов с вмонтированными микропроцессорами… Скользили мягко и вкрадчиво упруго податливые затворы, открывая тёмное нутро, золотящееся глуповато-сонным патроном, услужливо выпрыгивающим из подающей кассеты. С отрывистым злым лязгом вгонял его затвор в ствол, и уже совсем другое возникало ощущение в руках, иная тяжесть напрягала мышцы, волнуя кровь…